1
0
У меня сложилось впечатление, что дракон уже очень давно нормально не отдыхал, а вчера был буквально критичный момент.
Кстати, я не увидела на его открытом теле никаких ожогов и ссадин. Увидела только несколько пластырей, и под ними, наверное, уже нет никаких ран, только здоровая кожа.
М-да… Мне бы такую регенерацию.
Прикрыла неслышно дверь и так же тихо начала спускаться вниз.
На моём лице играла улыбка – я прокручивала в голове вчерашнее происшествие после взрыва.
У меня возникло ощущение, что дракона не так уж часто баловали обычной человеческой лаской и заботой. Если такое вообще случалось.
Мне не жалко, могу и в лоб поцеловать, и пожалеть, и жилеткой побыть… но не более. Я всё-таки радею за то, что работа – это работа и мешать её с отношениями уже другого плана не совсем хорошая мысль. Хотя, сказать по честности, Калеб мне понравился.
Чудной он немного, но гении разве могут быть в принципе нормальными?
Вот друзьями стать я была бы не против.
Но внутренний голос ехидно пропел, что меня такой вариант не устроит, уж сильно Калеб мне понравился.
Отмахнулась от этой мысли и решила лучше сегодня побаловать дракона чем-то крайне вкусным. Вкуснее, чем вчера.
Зашла на кухню и замерла на месте.
Вчера я оставила на столе молоко в кувшине, чтобы оно скисло и превратилось за пару дней в кефир, но…
Перевела взгляд с разбитого кувшина и пролитого на пол молока на открытое небольшое окно, в котором застряло нечто пушистое тёмно-рыжее с длинным гибким остроконечным хвостом.
Толстая попа мохнатого существа застряла в оконном проёме и, как бы он не пыхтел и не скрёб задними толстенькими лапами, оставляя когтями приличные зазубрины на стене, ну никак не пролазила.
Та-а-ак… И кто это у нас тут сотворил преступление и потом застрял?
* * *
Подошла к зверьку и осторожно коснулась мягкой, очень шелковистой и густой шёрстки.
От моего робкого прикосновения зверь сначала замер, а потом издал странный звук, похожий на недовольное кошачье мяуканье и одновременно на птичье чириканье. Не разберёшь.
Эх, жаль, я не взяла с собой фотоаппарат мгновенной печати. Хоть крепи к нему шнурок и носи на шее. А так бы сделала сейчас снимок этой забавной ситуации.
Я мягко ухватила зверушку и попыталась затащить обратно в дом.
Зверь громко начал мяукать-чирикать и активнее работать лапками, пытаясь выбраться из проёма, но всё равно толстая попа никак не желала следовать за хозяином в окно.
Поэтому я снова аккуратно потянула пушистика на себя.
— Тише, тише, маленький, — приговаривала успокаивающе. — Я тебе помогу. Вот прямо сейчас.
Это явно был малыш. Он как-то испуганно умолк и только затрясся, словно испытывал настоящий ужас.
