1
0
Калеб долго потом объяснял мне на своём научном языке про квантовые-швантовые изменения, которые негативно сказываются на магических потоках. Короче, для меня это всё очень сложно. Главное я поняла из его объяснений: порталом пользоваться можно, но не желательно. Драконы любят свой мир и сохраняют его всеми возможными способами.
Вон даже порталы редко-редко используют, хотя могли бы пользоваться такими перемещениями повсеместно. В туалет захотел, а топать до него лениво? Хоба! Портал открыл – и ты уже в заведении… Ну это я так представила, а вообще да, я за сохранность любой дикой и не дикой природы и целого мира в том числе. В общем, вы поняли меня.
Переместил нас Калеб в огромное помещение с зеркалами и гербами на стенах, гигантскими хрустальными люстрами и торшерами, а пол здесь воистину был произведением искусства. Имеется большой подиум (для оркестра?) и ещё один подиум поменьше в противоположной стороне зала с массивным стулом… Ой, это же трон! А рядом пристроились ещё два трона поменьше – для императрицы и маленького императора. Позади – стена с изображением драконов. Очень красивая фреска, просто загляденье. Парящий огненный дракон смотрит в глаза на того, кто сейчас смотрит на него, и взгляд словно в самую душу заглядывает. Впечатляет, однако.
Огляделась и покачала головой. Всё в этом помещении такое большое, напыщенное, торжественное, как будто тут балы проходят.
Кстати, вполне может быть, что это и есть бальный зал.
И мои слова тут же подтвердились.
— Я думал, ты в темницу нас перенесёшь, — хмыкнул едко Рэй.
— От бального зала до темницы один лишь щелчок моих пальцев, — невозмутимо ответил Калеб, даже не глядя на эльфа.
Дракон глядел на ту самую фреску.
И только я хотела спросить, долго ли мы тут будем стоять и чего-то ждать, как вдруг в каменной стене с той самой картиной с огненной чешуйчатой зверюгой волшебным образом возникла дверь. Из неё величественно и даже немного высокомерно вышел мужчина.
Император.
Тут даже к бабке ходить не надо, чтобы понять, кто передо мной.
Калеб тут же поклонился. Поклон сделал и эльф.
А я, как умела, присела в реверансе, в его подобии, и из-под полуопущенных ресниц посмотрела на императора.
У дракона было очень красиво и чистое лицо. Я говорю сейчас о красоте мужской: упрямый и мощный подбородок, поджатые тонкие губы, прямой нос истинного аристократа, высокий лоб, умные серые глаза в обрамлении пушистых ресниц, которым позавидует любая девушка.
А высокомерное и чуть надменное выражение лица мужчины сразу выдавало в нём монарха. Так смотреть может только венценосная особа.
От императора исходила мощь и сила. Я буквально кожей почувствовала её: волоски встали дыбом, по телу пробежали мурашки.
