2
0— Правда я пока не совсем уверен в правильности идентификации биологической принадлежности его мозга, он слишком долго меня убеждал, что у него там именно первый вариант, так пусть же убедит меня теперь в обратном.
— То есть вы не возражаете, что я возьму его к себе на работу и займусь обучением? — на всякий случай решил я уточнить, так как прямого ответа так и не получил.
— Не возражаю, — кивнул Серафим Павлович. — Пусть с завтрашнего дня и приступает. Но, так как я пока в нём достаточно сильно сомневаюсь, с ним всегда будет присутствовать мой человек.
— Пап, ну я что, маленький что ли? — возмутился Андрей, но очень осторожно, даже слегка пригнулся.
— Молчи! — резко, но без перехода на крик, сказал ему отец. — Это моё последнее слово, других вариантов не будет, везде будет сопровождающий, даже в туалете.
— Серафим Павлович, — начал я, воспользовавшись образовавшейся паузой, — Но во время лечебных процедур наличие в манипуляционном кабинете посторонних будет некорректно по отношению к пациентам, они могут просто отказаться от лечения, ведь нередко им приходится раздеваться, не мне вам рассказывать.
— В манипуляционном кабинете мой сын будет с тобой, — хмыкнул старший Боткин. — А у тебя точно человеческий мозг, я уже имел возможность в этом убедиться. Сопровождающий будет ждать в коридоре.
— Он будет сидеть в коридоре весь день? — удивился я.
— Пока что да, — едва заметно кивнул Серафим Павлович. — Но это только на первое время, на несколько месяцев.
— На несколько месяцев? — удивлённо воскликнул Андрей, но отец его тут же наградил таким замораживающим взглядом, что даже мне холодно стало.
Если до этого мой друг сидел напряжённым, то теперь поникшим, словно его лишили чего-то жизненно важного. Его можно понять. Получается он сменил одну меру наказания на другую с небольшими послаблениями наподобие домашнего ареста. Не хватало ещё браслет на ногу повесить, а сопровождающему дать пульт управления, чтобы заключённый никуда не сбежал.
— Ну вот, на том и порешили, — сказал Серафим Павлович. — Саш, мы как раз сейчас обедать собираемся, пообедаешь с нами?
Так надолго задерживаться в мои планы не входило, но в принципе ничего и не мешает.
— Хорошо, Серафим Павлович, — ответил я после небольшой паузы.
— Тогда идём, — сказал он, первым поднялся с кресла и пошёл на выход из кабинета.
Мы с Андреем пошли за ним, как утята за мамой уткой. Пока шли к обеденному залу, я озирался по сторонам. Такой огромный дворец и живут в нём, по сути, два человека, не считая прислуги.
