2
0Закончив чаепитие меньше, чем за пять минут, мы разбежались по кабинетам, оделись и встретились возле машины.
— Давай, Саня, жми! — воскликнул Валера, а в глазах горела страсть погони.
— А куда торопиться, Валер, — сказал я, зевая и медленно начал выезжать с парковки на проезжую часть.
— Ты издеваешься? — оценив мои старания спросил он наконец.
— Есть немного, — усмехнулся я. — Ну а куда ты так торопишься? Бумаги от нас никуда не убегут.
— Жестокий ты, — покачал он головой и тяжко вздохнул, теребя пальцами край полы пальто.
— Ну ладно, ладно, едем, — сжалился я и прибавил ходу.
Валера всю дорогу продолжал нервничать, подгонять меня, шипеть на тех, кто пытается подрезать или не уступает дорогу, а я лишь молча наблюдал за ним и ухмылялся. Ведь взрослый человек с опытом теперь уже двух жизней, а ведёт себя, как ребёнок. А ещё говорят, что первые сорок лет детства у мужчины самые тяжелые. Тут уже и вторые сорок прошли, а легче не стало.
— В вещах, которые тебе Обухов отдал, нашёл что-нибудь интересное? — спросил я Валеру, чтобы хоть как-то отвлечь, а то мы так никуда не доедем.
— Ну про кошелёк я говорил уже, — сказал он, переключившись на другую задачу.
— А что за жетоны такие? Они у тебя с собой?
— Сейчас покажу, — ответил Валера и достал из внутреннего кармана тот самый кошелёк.
А почему бы и нет? Ведь получается, что это кошелёк. Валера достал жетоны и показал мне. Я чуть не рассмеялся в голос. Это были банковские формуляры. Вполне возможно, что его финансовое положение хорошо исправилось, но надо проверить.
— Это деньги, Валер, — сказал я, улыбаясь.
— В смысле деньги? — удивился Валера. — Деньги вот они, купюры, монеты, а это просто какой-то кусок пластика.
— Да, Валер, в восьмидесятых у на в стране не было банкоматов и электронных денег, для тебя это новинка.
— Я что-то вообще ничего не понял, что ты сейчас сказал, — пробормотал Валера, внимательно разглядывая формуляры. — Чего не было в восьмидесятых? Электрических денег?
— Не электрических, а электронных, виртуальных, — попытался я объяснить, но сам уже понял, что пошёл не в ту сторону.
— Сань, ты это прекращай, а? Я ни хрена не понимаю, о чём ты.
С этими словами Валера открыл окошко и уже собирался выкинуть красивые куски пластика.
— Стой! — крикнул я. Успел. — Это такие специальные ключи от банковской ячейки, где деньги лежат. Выкинешь это и не видать тебе этих денег, как собственных ушей без зеркала.
— Хм, так бы сразу и сказал, — сказал Валера, закрывая окно и бережно убирая формуляры обратно в кошелёк.
Мы как раз подъехали к управлению, и я выбрал место для парковки.
