Без чувств

— О себе и не думал? — герцог, сжимая кулаки, надвигался на мага.

— Думал, — честно ответил Огаст. — Она мне нравится, никогда не скрывал этого. Умная, даже удивительно, какая умная для женщины, тем более, такой молоденькой. Красивая. Решительная и храбрая. Целеустремлённая и упорная. Если ты пожелаешь, то поймешь — такая женщина может стать настоящей подругой, поддержкой и помощницей своего мужа. Такой можно доверить воспитание детей, вообще — доверять. Она — не предаст, не изменит, не станет изводить капризами. Но только того, кого будет любить.

— Сказки рассказываешь, — фыркнул герцог.

 — Где ты видел таких женщин? У них у всех одно на уме — мечты о богатом слепоглухонемом муже-паралитике, который отпишет ей все деньги, и не будет возражать против любовников.

— Нет, Стеф, ты не прав. И твоя Аэлина — не глупая пустышка. В такую, как она, можно влюбиться. Можно полюбить всей душой и получить взаимность.

— Не думал, что ты читаешь дамские романы, — хмыкнул герцог. — Понятно, отчего у тебя мозги набекрень.

— Но тебя же тянет к Аэлине!

— Тянет, но это реакция тела. Ему хочется отыметь эту девчонку, и оно сразу успокоится, как только получит желаемое, будто ты не знаешь!

— То есть, ты не хочешь дать вам с Деневеро ни малейшего шанса на нормальную жизнь?

— О чем ты? — нахмурился магистр.

 — Как мой отец жил, так и я собираюсь. Лучше объясни, зачем научил девчонку пользоваться даром? Сделал ей плохую услугу — так бы она потеряла магию, и сама не знала, чего лишилась. Теперь же попробовала и может не пожелать с ней расставаться. И меня в очередной раз подставил.

— Не понимаю, — вскинул голову Реневал. — Я ничему её не учил! Даже разговоров о магии не было.

— Ты меня за дурака держишь? Аэлина применяет свою силу, причем, успешно и по делу. Кто её этому мог научить, кроме тебя? Не на людской же кухне или в прачечной она могла набраться знаний! Как мне теперь заставить её произнести ритуальные слова?"

"— Я не учил Аэлину пользоваться даром! — Огаст твердо посмотрел в глаза герцогу. — Ты прав — она ни у кого не могла учиться, всё время была или под моим присмотром, или среди неодарённых. В библиотеку она, точно не заходила, не до этого ей было.

Ты не особенно бережёшь чужой труд, твоя горничная по десять раз за день наводила порядок. Значит, она научилась сама.

— Думай, что говоришь! Женщина сама научилась пользоваться даром?! Мне кажется, ты бредишь.

- Я её не учил, ты — тоже. Больше некому, а она, как ты говоришь, умеет пользоваться силой. Говорю же, ты сильно недооцениваешь эту девушку.

— Зато ты, как я вижу — оценил.

— Оценил и если ты, Стеф, упустишь девочку, если она уйдет из-под твоего опекунства, я сам попробую счастья.