4
0Закинув, разумеется, «красного петуха» зданию комендатуры. Чтобы было чем заняться местным.
А вот «на квартире» у генералов поручика ждал сюрприз.
Ни Гинденбург, ни Людендорф не проигнорировали новость о разгроме штаба 1-го корпуса. Только отреагировали по-своему. То есть в духе времени. А именно организовали охранение не города в целом, а лишь своих персон. Вот пару секций пехотного взвода[14] и заселили на первом этаже небольшого двухэтажного особняка.
– Halt![15] – крикнул часовой, увидев остановившуюся автоколонну. Его даже не смутил генеральский легковой автомобиль, идущий впереди.
– Огонь! – скомандовал Максим. И два пулемета короткой очередью состригли часовых. Благо что автомобили очень неплохо осветили своими фарами и сам особняк, и прилегающую территорию. Более того, даже слегка ослепили противника. Конечно, в те времена действительно мощных фар попросту не имелось. Но все равно эффект они давали немалый и крайне полезный.
Бойцы начали выскакивать из машин, занимая позиции «согласно купленным билетам», то есть заранее выданным наставлениям поручика.
– Короткими очередями. По окнам. Бей! – крикнул Максим. – На подавление! Не давайте им высовываться!
– Есть! – ответил Васков, который принял командование головным отрядом прикрытия с тремя курсовыми пулеметами[16].
– Петренко! Сидоров! Ко мне!
Бойцы быстро подбежали и доложились. И уже спустя пару минут поручик вместе с ними подползал к окнам крепкого кирпичного дома. Да не с пустыми руками – у каждого было по четыре гранаты РГ-12.
Максим прислушался.
В доме раздавались отрывистые команды на немецком языке. Топот подкованных сапог. Пыхтение.
Осторожно инициировав первую гранату, поручик забросил ее в разбитое пулями окно. И крикнул, сбивая врага с толку:
– Merry Christmas! – Да, по-английски. Но это единственное, что пришло ему сейчас в голову.
Бах!
Гулко взорвалась граната в помещении. Кто-то застонал. Кто-то закричал. Кто-то рухнул. Зазвенела разбитая посуда. Задребезжали какие-то железяки.
Поручик кивнул своим бойцам, и те повторили его прием, активировав гранаты и забросив их в ближайшие окна.
Бах! Бах!
Последовали два взрыва удачной и довольно плотной серией.
Новая волна криков и шума.
Максим рукой указывает Васкову на входную дверь. Дескать – открывай. И один из пулеметов дал короткую очередь по этой деревянной преграде. Только щепки в разные стороны полетели.
Поручик поддел кончиком взведенной гранаты дверь и закинул ее внутрь. Даже не столько закинул, сколько запихнул.
