4
0
– Вы считаете, что он станет стрелять в своих?
– Инцидент с интендантской службой говорит о том, что в случае необходимости он не станет миндальничать.
– Да… интенданты… чем там все закончилось?
– Конфликт удалось замять. Я побеседовал с капитаном. Рассказал ему о том, какой боевой путь прошел Максим Федорович. О том, что он контужен и как все нехорошо вышло. Дескать, приказ действительно был, но довести до исполнителей его просто не успели. Так что он теперь не имеет к нему никаких претензий.
– Хорошо. Одной проблемой меньше. А поручик приходил? Тот, которого на дороге разоружили.
– Так точно. Я вернул ему револьвер.
– Бумагу он принес?
– Да, но после разъяснения ситуации порвал ее и сел писать новую. Не решился старую подавать. Я уж постарался описать ему Максима Федоровича как можно более красочно и… опасно. Вот он и не стал связываться. Решил покаяться и повиниться, ссылаясь на сильную головную боль и жару. Дескать, разморило, плохо было, вот и чудить стал. Ну а я акцентировать внимание на этом не стал. Проводил его и дал сопровождающего в лазарет да с пояснительной запиской, дескать, участвовал в бою.
– Вы все правильно сделали, – кивнул генерал. – Да, подготовьте представление. Князь рассказал, как его разоружили?
– Да я и спрашивать не стал. У него все лицо совершенно разбито.
– О!
– Просто в записке для лазарета написал о ближнем бое и застенчивости, дескать, участвовал, получил травмы и сразу не обратился.
– Только кратко, пожалуйста, – перебил его генерал.
– Князь в своей манере решил поломаться. Максим же не стал с ним церемониться и снес его словно локомотив. Пары минут не прошло, как все было решено и автомобили двигались дальше. Пролетка князя была вышвырнута с дороги, а он сам пытался остановить кровь, идущую из сломанного носа. Извозчик вообще подумал, что князю конец пришел, когда увидел, с каким взглядом к ним подходил этот поручик.
– К врачам Максим не обращался?
– Его видели у лазарета, но он постоял несколько минут и ушел.
– Здоров? Ну да. Здоровый такой, вооруженный до зубов, опытный и совершенно контуженый офицер, – медленно произнес генерал. – Какая прелесть! Кто же он такой? У вас есть хоть какие-нибудь предполо-жения?"
"– Я не знаю, ваше высокопревосходительство, – поджав губы, сказал адъютант. – Считаю, что он явно не из нашего корпуса. Как он оказался в той траншее – неясно.
