4
0Армия, полиция… какая, нафиг, разница? Попал на должность – хапай! Потому, что когда твоё начальство в очередной раз побежит в лес, надо будет что-то оставить и семье – ведь никто их кормить не подряжался!
– Ну, начальство побежит – да, и фиг с ним! Самому-то чего бежать?
Собеседник поясняет.
Законы тут не меняются – меняются только те, кто следит за их соблюдением. Но в любом случае, одно правило действует непреложно – сначала надо набить собственный карман! Ну и начальнику положенное отстегнуть – это святое! Зарплату в полиции платят нерегулярно, с большими перерывами, но никто почему-то оттуда не увольняется.
Поэтому любая смена власти приводит к тому, что автоматически меняются и местные начальники. Каждый новый президент тащит за собою тех, кто ""мужественно"" сидел с ним в лесу. И распределяет их на соответствующие должности, чтобы те компенсировали себе испытанные ранее неудобства.
Мэр города, начальник полиции… и прочие ""хлебные"" места – такая практика тут устоялась давным-давно. На низшие посты те пристраивают ""соратников"" помельче рангом.
Соответственно, и ""борьба"" с лесными сидельцами тут какая-то… словом, странная она…
Потому и потери в стычках тут относительно невелики – проще откупиться. Отдал ""положенное"" – и топай себе мирно. Ага… до следующего ""борца""…
– Они что-то от вас хотят? – спрашиваю я у полковника.
– Ну, я приблизительно могу представить себе список их требований… – пожимает он плечами.
– За что?
– Причины могут быть разными. Неурожай – впрочем, он тут постоянно. У кого-то угнали скот – и им надобно купить новый. Вплоть до того, что не хватает денег на свадьбу – такое тоже приходилось встречать!
Да, местные свадьбы – это что-то!
Всей деревней способны на ушах стоять – пару-тройку дней, так вообще без проблем!
– Могу себе представить, – кивает Николай. – Видели мы местные свадьбы – они даже с проезжающих машин ухитряются по этому поводу дань требовать.
– Чего требовать? – удивляется Штраух.
– Ну… типа постоянной платы за проезд…
– А… – понимающе наклоняет голову тот, – это да, здесь такие требования почти повсеместны.
Он заглядывает в опустевшую кружку и ставит её на песок.
– Завтра, в девять часов, я жду вас обоих. И ещё… не брейтесь, пожалуйста…
– А нас-то он зачем хочет? – спрашиваю я у Реброва, уже устраиваясь поспать. – Переговоры – это ведь не наш хлеб.
