Помощница темного фейри. Возвращение (СИ)

А если он помрет? Великое Небо пошлет мне еще одну пару? — не смог уловить интонации, с которой это было произнесено.

— Не могу сказать, ты ведь видишь, твоя мать покинула нас полсотни лет назад, а я до сих пор одинок.

— Но что же тогда делать?

— Придется отвести его в источник и провести обряд, тогда ты сможешь вытянуть его. Только поторопись, пока сознание теплится в нем.

Я хотел возмутиться, но не мог. Я хотел открыть глаза, но тоже этого не смог. Но почему? Ведь зелья Дании должны были поднять меня на ноги, только вот от них как будто стало еще хуже.

Арахны же, насколько я знаю, не ядовиты, чтобы я был при смерти.

— Я закончила.

— Тогда поторопимся.

Потом меня уложили на каменный пол и, снова я не понял, как так быстро оказался в другом месте. Меня прикрыли простыней, потом приподняли голову и уложили ее на колени. Маринэль запустила мне в волосы руки и принялась медленно гладить. Признаться, в таких объятия можно и умереть, настолько приятны они были.

Потом непонятная песня, звучавшая эхом в пещере, закончилась.

— Ты согласна Маринэль Голд связать свою жизнь с этим мужчиной? — спросил мужской голос, и тут я понял, кто же этот мужчина? Орхан Голд.

А Маринэль его дочь. И вправду я идиот, ведь она же говорила, что драконица. А значит, дочь дракона. А в нашем мире он один. Не удивительно, что она сомневается в моей способности нормально мыслить.

— Да.

— Теперь надо дождаться ответа от него, — задумчиво проговорил Орхан Голд.

— Но ведь он… не в состоянии, — проговорила Маринэль.

— Попробуй влить в него свою силу, возможно, уже сейчас он примет ее. Ответа «да» или «нет» должно хватить для совершения обряда.

— Тогда спрашивай, отец!

— Согласен ли ты Эштаран сын Рагданата Бесстрашного связать свою жизнь с Маринэль Голд?

— Ого!

— Дочь!

— Да-да.

И тут меня начали тормошить, бить по щекам, а потом я все-таки почувствовал маленькую ниточку силы, что позволила мне открыть глаза, муть болезни отступила, и я уставился в лицо той, что хотела услышать положительный ответ.

— Нет, — прохрипел я, даже не обращая внимание на то, что дракону известно кто я.

— Что он сказал, дочь?

— Что он счастлив! — прокричала она и склонилась еще ниже ко мне.

А потом прошипела прямо в губы. — Если ты не согласишься, то я скажу отцу, что ты попортил меня и теперь собираешься избежать ответственности, — припечатала эта нахалка.

— Ложь…

— Я могу быть весьма убедительна, — оскалилась та, и я увидел маленькие клыки.

— Маринэль? — Орхан Голд обратился к дочери.

— Зачем тебе это? — спросил я.

— Ты умрешь, если я не помогу тебе.

— Весомо, — прохрипел я, а потом начал снова уплывать в болезненное марево.