1
0
— Слушай мою команду! — Крикнул я, пригнувшись от очередной пули, низко прошившей кусты, под которыми мы засели. — Метнуть гранаты! Но не по позициям противника! Вон туда! Левее!
— Чего?! — Удивился Вакулин. — Зачем?!
— Дальше — я сделал вид, что не слышу возгласа Вакулина, — дальше, когда залягут — вперед, в атаку!
— Селихов, это безрассудно! — Удивился Вакулин. — Они постреляют нас как уток, стоит только нам подняться!
Я схватил Вакулина, лежавшего рядом со мной, за ворот кителя.
— Доверьтесь мне, — сказал я. — Мы должны спровоцировать их! Пусть бегут, пусть встают в контратаку — неважно! Группа огневой поддержки довершит дело!
Вакулин уставился на меня изумленными, остекленевшими глазами. Казалось, он все еще осмысливал то, что я ему сказал.
Когда по верхушкам кустов, совсем близко к нам, хлопнула вражеская пуля, а Вакулин вздрогнул и пригнулся, он будто бы очнулся от какого-то транса.
— Р-рискованно, Селихов, — сказал он с тревогой в голосе. — Но может сработать.
— Я знаю, — кивнул я.
А потом дал очередную очередь куда-то в сторону врага. Призраки двигались и дальше. Они уже смогли сместиться чуть назад, и очень скоро «Старый Дом» закроет нам сектор обстрела.
Нужно признать — пакистанцы двигались мастерски. Неторопливо, прикрывая друг друга огнем, они крайне организованно, а еще неторопливо отступали, стараясь скрыться за домом.
Такое их поведение четко сказало мне — они не знают, сколько нас. Не знают, что нас едва ли больше. Они осторожны и думают — стань они двигаться более быстро и открыто — их накроет плотный огонь сильно превосходящего их противника. Тут только и оставалось, что надеяться на собственную темноту и незаметность. Избегать какого бы то ни было читаемого ритма в ведении ответного огня. Действовать так, чтобы не подловили.
Так они и работали.
— Солодов! — Крикнул я, стараясь пересилить гул боя.
— Я! Чего, Саш?
Солодов, только что перезарядивший свой автомат, отвлекся от стрельбы и подлез ко мне.
— Костров с рацией! Пусть передаст наблюдателям и группе огневой поддержки — мои приказания. Понял?
Солодов выпучил на меня глаза и слегка приоткрыл рот. Потом очухался и быстро-быстро покивал.
— Так точно!
— Отлично! Ну тогда слушай!
***
Когда снова заговорил вражеский пулемет, Тарик Хан прикрыл голову.
Рядом с ним, немного позади, залег раненный Химера. Боец отстреливался, не обращая внимание на рану.
Призраки, осторожно отстреливаясь, прикрывая друг друга. Медленно, но верно отступали. Они переползали назад. Поднять головы вражеский огонь им не давал.
Слаженная группа работала почти интуитивно. Вот Скальпель и Шакал дали по короткой очереди куда-то в кусты.
