Пламя и кровь

Но мало ли что придет шуту в голову; мы никогда не узнаем, как взаправду умерла Джейегера Таргариен. Быть может, она лишила себя жизни в припадке отчаяния, но если это убийство, то стоять за ним мог только Анвин Пек. Никаких улик против него, впрочем, нет, и обличает его лишь то, что он вскоре сделал.

Через семь дней после сожжения тела маленькой королевы десница пришел к скорбящему королю вместе с великим мейстером Манкеном, септоном Бернардом и Марстоном Уотерсом. Пора королю снять траур и вновь жениться, сказал лорд Анвин; так нужно для блага Вестероса, а новая королева для него уже выбрана.

Сам лорд Анвин был женат трижды и прижил семерых детей. Старший его сын и две дочери от второй жены умерли в младенчестве, старшая дочь успела выйти замуж и умерла родами в двенадцатилетнем возрасте. Второй сын, служивший в Боре у лорда Редвина пажом и оруженосцем, двенадцати же лет утонул, упав в воду с парусной лодки. До взрослости из сыновей дожил только сир Титус, наследник Звездной Вершины. Посвященный в рыцари Удалым Джоном Рокстоном за храбрость в битве при Медовичке, юноша шесть дней спустя отправился на разведку и нелепо погиб в стычке с дезертирами. Из семи детей, таким образом, выжила только дочь Мириэлла; она-то и предназначалась в новые королевы.

Лучшей невесты не сыскать, уверял десница: ровесница короля, дочь одного из благороднейших домов, «прелестная собой и прекрасно воспитанная». Септы обучили ее чтению, письму, счету. Ее леди-мать была плодовита, а стало быть, и Мириэлла способна рождать сыновей.

«А если она мне не понравится?» – сомневался король. «И не нужно. Ваше дело жениться, возлечь с ней и зачать сына. – К этому лорд Анвин добавил: – Вашему величеству, к примеру, не нравится репа, но когда ее подают, вы изволите кушать, не так ли?» Король неохотно кивнул. Слова десницы, как водится, разошлись по столице, и скоро злосчастная леди Мириэлла прославилась на все королевство как леди Репка.

Королевой Репкой она, однако, так и не стала."

"Анвин Пек зашел чересчур далеко. Таддеуш Рован и Манфрид Моутон разгневались, что он не спросил их совета в деле, по важности своей подлежащем рассмотрению регентского совета; Джейна Аррен прислала ядовитое письмо из Долины; Кермит Талли объявил помолвку нелепой; Бен Блэквуд спрашивал, к чему такая поспешность: королю полагается хотя бы полгода носить траур по своей маленькой королеве. Краткое послание от Кригана Старка уведомляло, что Север такой союз не одобрит. Даже великий мейстер заколебался. «Леди Мириэлла превосходнейшая девица, и королева из нее получилась бы, бесспорно, отменная, но нам следует считаться с приличиями, – говорил Манкен.