Пламя и кровь

Однако торжествовать Пастырю было рано, ибо на полуживых, вылезших из-под развалин бунтовщиков бросилась сверху Сиракс.

Одним из тех, кто наблюдал за происходящим вместе с королевой Рейенирой, был Гриб. «Тысячи криков разносились над городом, сливаясь с драконьим ревом, – рассказывает он. – Драконье Логово на вершине холма Рейенис было облачено в корону желтого огня, столь яркого, что, казалось, восходит солнце. Саму королеву бросило в дрожь от этого зрелища, а щеки ее блестели от слез. Ни до, ни после не видел я ничего столь ужасного и в то же время прекрасного».

Шут также говорит, что многие приближенные королевы бежали из замка, боясь, что пламя охватит весь город и доберется даже до Красного Замка на холме Эйегона; другие спустились в замковую септу и молили о спасении. Сама Рейенира обняла своего последнего сына, Эйегона Младшего, изо всех сил прижимая его к себе. Лишь однажды она выпустила его из объятий: в тот страшный миг, когда пала Сиракс.

Сиракс не удерживали ни цепи, ни всадник; она легко могла улететь от всего этого безумия. Небо принадлежало ей; она могла вернуться в замок, могла покинуть город и улететь на Драконий Камень…

Чем привлек ее холм Рейенис – воплями гибнущих драконов, запахом жареного? Этого мы не знаем, как и того, почему она терзала и пожирала бунтовщиков на земле, а не извергла на них огонь сверху, где никто бы ее не достал. Мы лишь можем рассказать, как все было, со слов септона Евстахия, Гриба и мейстера Манкена.

О том, как погибла Сиракс, дракон королевы, говорят много всякого. Манкен приписывает ее убийство Хоббу с его топором, но это едва ли возможно: мог ли тот же человек за одну ночь убить двух драконов, да еще и одним способом? Другие рассказывают о некоем копейщике огромного роста, прыгнувшем в пролом купола прямо на спину Сиракс. Третьи говорят, что сир Варрик Уитон отсек ей крыло валирийским мечом (вероятнее всего, Жалобой). Арбалетчик по имени Боб утверждает, что именно он добил Сиракс после этого; он похвалялся во всех тавернах, пока один из приверженцев королевы не отрезал ему язык. Достоверно лишь одно: Сиракс была убита, как и другие драконы."

"Возможно, что все сии герои (за исключением Хобба) сыграли свою роль в гибели дракона… но чаще всего в Королевской Гавани можно услышать, что Сиракс сразил сам Пастырь: когда остальные обратились в бегство, однорукий пророк бесстрашно встал на пути кровожадного чудовища, призвал на помощь Семерых, и тут появился сам Воин, тридцати футов ростом. В руке его был меч из тумана, а когда он взмахнул им, туман сделался сталью и отсек Сиракс голову. Так об этом рассказывали все, даже септон Евстахий, и еще много лет барды распевали об этом песни.