Письмо ни от кого

В мае 1986 года Светлана Клементьева, студентка второго курса мединститута, попала в неприятную историю, и ей стало грозить отчисление из института[4]. Отец Светланы бросился улаживать ситуацию и потребовал от меня сфальсифицировать материалы об участии его дочери в сокрытии трупа однокурсника. Я категорически отказался. В итоге Светлана сама забрала документы из института и устроилась работать секретарем к социологу Погудину. На карьере Геннадия Александровича участие дочери в неприглядной истории напрямую не отразилось, но где-то в кадровом аппарате ему поставили очередной минус. А потом он откровенно запил и был вызван на ковер к новому начальнику областного УВД генералу Удальцову. Был декабрь 1987 года. Удальцов поставил перед Клементьевым ультиматум: или он кодируется от пьянства, или его уволят за дискредитацию звания сотрудника милиции. Клементьев закодировался, но буквально через пару месяцев опять чуть не запил. И было от чего! На сей раз всю карьеру ему сломал грузин Гоги.

Гоги работал следователем в Заводском РОВД много лет. Ни в чем предосудительном замечен не был, но, оказывается, мы его плохо знали. 8 марта 1988 года две девицы пригласили к себе в гости двух грузин. Наутро женщины обнаружили, что у них пропали золотые украшения. Они написали заявление в милицию, материал попал к Гоги. Мужчин быстро установили, и они помчались к «обворованным» женщинам. Разборки были короткими – золото нашлось. Заявительницы пришли к Гоги и дали показания, что по пьяному делу забыли, куда положили побрякушки, а когда с мужиками восстановили весь вечер шаг за шагом, тогда золото и нашлось.

Гоги вызвал к себе грузин и предложил им за прекращение дела заплатить по тысяче рублей. Заплатить фактически ни за что – пропажа-то нашлась! Грузины возмутились: «Ты наш земляк, как ты смеешь нас на ровном месте разводить?» Гоги рассмеялся им в лицо: «Хотите, я перешлю материал по вашему месту жительства в Грузию? Там с вас сдерут в пять раз больше!» Грузины обиделись и обратились в прокуратуру. В тот же день Гоги арестовали при получении взятки. Взбешенный Удальцов отстранил Клементьева от руководства отделом и предложил ему либо уволиться, либо найти новое место работы. Клементьев бросился к Малышеву: «Выручай, брат, не дай погибнуть! Мы с тобой столько лет оба были начальниками РОВД, пуд соли вместе съели, сто пар сапог износили, нас на одних и тех же совещаниях песочили, за одни и те же проценты выговоры давали!» Малышев вошел в положение Геннадия Александровича и взял его к себе заместителем. Для Клементьева новая должность была серьезным понижением, но другого выбора у него не было.

Такие вот метаморфозы преподносит порой судьба.