Письмо ни от кого

С уголовником я никогда не сталкивалась, а Демушкина и Яковлева я встречала на «субботнике».

– Вместе бревна, что ли, таскали? – Далайханов опять не понял, о чем идет речь.

– Айдар, – пояснил я, – это дедушка Ленин на субботнике надувное бревно носил, а для девчонок «субботник» означает бесплатное обслуживание клиентов.

– В прошлом октябре, – не дав мне развить мысль, продолжила Маша, – нас, трех девчонок из общежития института культуры, афганцы вывезли в дом отдыха «Металлист». Яковлев, как я поняла, был там гостем. Афганцы демонстративно уважительно относились к нему, но как только он отворачивался, брезгливо морщились. Я спросила: «Кто это?» Один из парней сквозь зубы ответил: «Козел один, в горкоме комсомола работает». Зачем афганцы приглашали Яковлева в дом отдыха, я не знаю.

– Я из всех четверых знаю только Демушкина и Тихона, – дождавшись своей очереди, доложила Люба. – С Демушкиным я спала на «субботнике», а Тихона видела на другом «субботнике», у спортсменов. Видела его только мельком, со стороны. Он женщинами не интересуется.

– Да ну! – усомнился я. – Кто бы его короновать стал, если он «голубой»?

– Я не так выразилась, – без тени смущения пояснила Люба. – Тихон, конечно, не чурается женского пола, но такие, как я, его не интересуют. Он спит только с девчонками тринадцати-четырнадцати лет, плоскогрудыми, обязательно с очень короткой стрижкой. Я видела двух сикарашек, которых он привез с собой. Обе маленькие, худенькие, в брючках. Я вначале подумала, что это пацаны, а потом смотрю, они в женский туалет ходят. Наверное, Тихон забыл, как должна выглядеть настоящая женщина. Мне спортсмены сказали, что он, как сел в первый раз, так больше года на свободе никогда не был. Привык, наверное, к плоскодонкам.

– Как они вас на «субботник» собирают? – между делом поинтересовался я.

Ответила разговорившаяся Люба:

– Заходит какой-нибудь спортсмен или афганец из демушкинской бригады в комнату в общежитии и говорит: «Завтра от вас два человека на «субботник». Попробуй только откажись – так изобьют, без зубов останешься.

– Они что, во все женские комнаты заходят? – с искренним недоверием спросил я.

– Да нет, не во все, – потупив глаза, ответила за подругу Маша. – Знают, куда заходить.

– Слава богу! – с облегчением воскликнул Айдар. – Хоть какая-то ясность появилась. Оказывается, не всех на «субботники» «приглашают», а только избранных.

– Уголовники к вам не заглядывают? – спросил я.

– К нам – нет, – вновь ответила Маша. – У них свои общежития. У нас только афганцы и спортсмены. Афганцы еще ничего, а спортсмены, те совсем на голову отмороженные. Как напьются, то отжиматься заставляют, то кросс вокруг дома отдыха бегать.

– От характеристики клиентов перейдем к покойникам, – предложил я.