Письмо ни от кого

Стелла Мухина тут же заявила, что наркотики принадлежат ей. Стеллу арестовали. Кто виноват в ее аресте? Ты! Если бы ты не убил Демушкина, то война между «Борцами» и ворами не началась бы. Логику улавливаешь? Именно ты, Лаберт, – первопричина всех бед, постигших ангелоподобную Стеллочку. Ты запомни одну вещь. Идет процесс, судят вора и выносят ему приговор. Знаешь, кого вор ненавидит в этот момент? Не прокурора, не судью, а потерпевшего, того человека, которого он обокрал. Гнев Мухи не распространяется ни на меня, ни на прокурора. За Стеллу ответишь только ты один. Все! Разговор не получился, нам пора разъезжаться.

Я выглянул из кухни:

– Айдар! У нас наручники есть? Сейчас пригодятся.

Воловский и Лаберт молчали. Помахивая наручниками, вошел Далайханов.

– Прицепи его к стояку батареи, – велел я. – Потом обыщи, чтобы в карманах не было никаких предметов, которыми можно отомкнуть защелки.

Прокурор города поднялся с табуретки и шагнул к входной двери.

– Стойте! – закричал Лаберт. – Вы же не можете бросить меня на растерзание бандитам!

– Сейчас восемь часов вечера, – спокойно ответил Виктор Константинович. – Мой рабочий день закончился два часа назад. Я не думаю, что Андрей Николаевич будет звонить какому-то Мухе. Звонки с вашего телефона можно проследить.

– При чем здесь мой телефон? – Лаберт при приближении Айдара встал в защитную стойку.

Далайханов обернулся ко мне:

– Врезать ему, чтобы боксера из себя не изображал?

Воловский вышел из кухни. Лаберт вслед ему закричал:

– Постойте, давайте поговорим! Мне нужны гарантии, я на слово вам верить не собираюсь!

– Не верь, – сказал я.

– Да, ты, ты! – захлебнулся воздухом Юргис. – Ты уже в кителе дырочку просверлил, чтобы орден за меня прицепить? Или тебе внеочередное звание дадут? Знаю я вас, за новую звездочку на погонах вы на любое преступление пойдете.

– Юргис, ты что, дурак, что ли? – с искренним удивлением спросил я. – Какие звездочки, какие ордена? Смотри!

Я расстегнул рубашку, задрал до плеч футболку."

"– Видишь след от осколочного ранения? Я освобождал заложницу и попал под взрыв гранаты. Если бы не одна девушка, заткнувшая своей рукой дырку у меня в груди, я бы уже давным-давно был съеден могильными червями. Теперь суть: мне за опасное для жизни ранение, полученное при исполнении служебных обязанностей, даже паршивой медальки не дали. У нас жадное государство. Покойникам ордена горстями дают, а для живых металла жалко. Мне за «Встречу» в лучшем случае дадут премию в размере оклада. У меня нет смысла жилы рвать, чтобы припереть тебя к стене. Кражу из горкома мы раскрыли, а «клубок» во «Встрече» сам распутается. Прощай, Лаберт! У меня тоже рабочий день закончился, и я ради ста рублей не собираюсь с тобой всю ночь лясы точить.