4
0Артефакты и печати и… не знаю, что ещё. Даже тебя, в твоём трёхслойном доспехе, на клочки разорвёт».
«По-твоему, я этого всего не чувствую? Но спасибо за предупреждение».
— Так, я что-то не пойму, — поворачиваюсь обратно к Суркову. — Если князь уже семь лет не выходил из поместья, как узнали, что он при смерти?
— А вот это очень интересно, Ярослав, — щурится барон. — Позволите называть вас просто по имени?
— Можно даже на «ты», если хочется. Не люблю официоз.
— Как скажешь, — кивает Валерий. — Так вот, несколько дней назад в поместье князя прибыл целитель из Барнаула. Сильный целитель, такого просто так не вызывают.
— Мало ли, может, дедушке поплохело.
— Дедушке, между прочим, сто тридцать лет, и я бы не рискнул его так называть, — хмурится Сурков.
— Ха! Ты только что назвал.
— Ты… — барон слегка поражён моими простецкими манерами. — Ладно. Слушай дальше. Целитель по пути обратно остановился в поместье графа Смородина. Там он поделился секретом, что у князя редкое магическое заболевание. Что-то с ядром, одним словом — скоро он лишится волшебной силы.
— Ага, — до меня начинает доходить. — А если он её лишится, то и помрёт очень скоро.
— Очень скоро, — эхом отзывается Сурков. — Граф Смородин сразу же отправился сюда, надеялся уговорить князя сделать его преемником.
— Все мы здесь за этим, — улыбаюсь я.
— Да. Кстати, обрати внимание, вон едет несколько всадников. Совсем мои люди не справляются, — бормочет Валерий."
"Поворачиваюсь. Действительно, по той же дороге, по которой недавно ехал я, спускается несколько конных. Ещё одни желающие убедить Корсакова в том, что их заднице будет на княжеском троне лучше всего.
Чувствую, скоро здесь будет не протолкнуться.
— Ну понятно, — киваю я. — Целитель проболтался, а потом слухи разошлись, и вот мы здесь.
— Совершенно верно, — кивает барон. — Вопрос только в том, как нам достучатся до князя. И что делать, если он уже скончался. Чувствуешь, какие сильные там магические ловушки?
— Ещё бы. Там шагу не ступишь.
— Вот-вот, Ярослав. А если Павел Егорович мёртв, немногие смогут справиться с этими ловушками.
— Я справлюсь.
Сурков усмехается.
— Эх, в молодости я был так же самонадеян.
— Я самоуверен. Чувствуешь разницу? — втыкаю взгляд в хилую тушку барона. — Хотя нет, у слова «самоуверен» негативная окраска. Я уверен в себе. Так лучше звучит?
Валерий мнётся и не знает, что ответить, а всадники тем временем приближаются к нам.
— Доброе утро, господа! — представляется их лидер и спрыгивает с лошади.
Высокий и плечистый, с длинными золотистыми кудрями и обаятельной улыбкой. Голос у него могучий, громкий. Сразу располагает к себе — если тебе нравятся мужчины в сексуальном плане.
