Пипец Котенку! 4

Опасность будто бы витает в воздухе.

И скоро я в очередной раз убеждаюсь, что чуйка не обманывает.

Выхожу из купе, намереваясь в последний раз посетить здешнюю уборную. Путь мне преграждает мужчина, который всю дорогу ехал в соседнем купе. Крупный дядька в чёрном пальто и с густыми усами.

— Господин Котов, не так ли?

— Да. А вы?

— Моё имя не важно.

Мужчина достаёт из кармана бронзовую бляшку и буквально тычет ею мне в лицо. На бляшке написано «Императорская Служба Безопасности».

— Именем его императорского величества вы арестованы, господин Котов. Прошу не оказывать сопротивления.

На перроне нас встретят, и мы поедем на допрос.

— Арестован, значит? — хмыкаю я. — Разве вы имеете право арестовать дворянина?

— По приказу его императорского величества — имеем.

— Что происходит? — в коридор выходит Грозин. У него, кажись, тоже чутьё сработало.

— Ваш господин арестован, — спокойно объясняет агент ИСБ.

— Вы не имеете…

Усатый тяжело вздыхает, достаёт из кармана какую-то бумагу и протягивает Василию.

— Ознакомьтесь. Приказ Петра Алексеевича Кречета, подписанный им лично.

— Подождите, — Грозин не спешит читать документ.

— Но его императорское величество и представители Дворянской палаты вызвали моего господина в Москву, чтобы…

— Вас ввели в заблуждение, — говорит агент. — Это была операция ИСБ. Ярослав Котов должен предстать перед верховным дворянским судом. Учитывая его славу, было принято решение не пытаться арестовать подозреваемого на Алтае и заманить в Москву иным способом.

— Говоришь так, будто отчёт пишешь, — хмыкаю я.

— Профессиональная деформация, — пожимает плечами усатый.

Грозин пробегается глазами по бумаге и спрашивает:

— А обвинение? В чём вообще причина ареста?

— Расскажут на допросе.

— Да расслабься, Василий, — машу рукой я. — Ребята старались, заманивали меня в Москву. Надо уважить. Надеюсь, в наручники вы меня не закуёте?

— Никак нет, — отвечает агент. — Вы же всё-таки дворянин. Благодарен за решение сотрудничать.

— Всегда пожалуйста. Ну, пойду схожу в туалет, а потом попрощаюсь с жёнами. Убегать не собираюсь, если что, можете за мной не следить.

Протискиваюсь мимо агента и делаю всё то, что только что озвучил.

Мои девчонки, конечно, начинают дико переживать. Света так и вовсе бросается в слёзы. Но я держусь молодцом — улыбаюсь, утешаю, всем видом показывая уверенность в том, что всё будет хорошо.

Хотя на самом деле мне так не кажется. Личный приказ императора меня арестовать, да ещё таким хитрым способом — это не фигня какая-то. Какие бы претензии мне ни предъявят, они наверняка серьёзные.

На перроне, как и обещано, нас ждут другие агенты. Меня усаживают в большой чёрный автомобиль и везут в управление.