Наверное, я никогда бы не смог забыть эту песню, даже если бы попытался. Она все испортила, эта песня убила Ариэса, прежнего предводителя нашего народа и моего брата. Эта песня олицетворяла мою боль и ненависть.
— Вариантов много, — рассмеялся Доран, отвечая на мой вопрос. — Но поимка воров нам только на руку. У нас с десяток человек. Преступники. Все сойдут для внепланового ритуала.
— Да, — решил я, пряча медальон под одеждой. — Вечером проведём ритуал.
Все равно у нас нет выбора. Древу нужна энергия.
Глава 6
/Деймос/
Ритуал решили провести ночью, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Распахнув двустворчатые двери зала, я первым вошёл внутрь. Теперь здесь всегда царила полутьма. Черный скелет Древа поднимался к высоким сводам потолка, упираясь костлявыми ветками в стены. В ту ночь белоснежная листва опала, а на чёрных ветвях зацвели кроваво-красные цветы.
Взгляд привычно скользнул к провалу в полу. Корни срубили, чтобы снять с них тело Ариэса, но плиты так и не восстановили. Наверное, я просто не хотел забывать, отпускать воспоминания о великой ошибке гармонтов. Ариэс ушёл, пал жертвой алетерны принцессы, а на меня свалились последствия той ночи.
Это были тяжёлые для меня годы. Гармонты признают лишь силу, и пришлось доказать, что я достоин занять место предводителя своего народа. После десятка тяжелых поединков я разбирался уже с жаждущим власти Дораном. Альв был уверен, что после захвата иллеми, взойдет на трон, женившись на принцессе Айлиране.
Зал по периметру оплетал полупрозрачный сероватый барьер. Выделялась лишь область письмен в виде пентаграммы — своеобразная замочная скважина. Пройти без вреда через барьер мог только я. Гармонты — прирожденные воины, но есть такие, как я, способные насылать проклятия с помощью крови. Вытянув из-под одежды артефакт-ключ, я приложил его к центру пентаграммы в барьере.









