6
0Только-только распланировала будущее и нашла точку опоры…
Треск ткани только подстегнул сумасшедшую жажду свободы. Будь я нормальным драконом, от этого вшивого оборотня не осталось бы и мокрого места, но я такая, какая есть. И все, что могу ему противопоставить, это слабые человеческие возможности.
Он ловко подставил подножку, и мы полетели на землю. От удара в глазах потемнело, а когда тяжёлое тело упало сверху, то весь воздух выбило из лёгких, и я начала задыхаться.
Бороться! До последнего!
— Мы поиграем, да, нежная? Будет очень весело…
Он не закрывал мне больше рот, и я снова закричала, рискуя остаться без голоса, скрывая его в отчаянном крике:
— Помогите!
Надежды на помощь практически не было, но она всегда, как известно, умирает последней. А мне умирать не хотелось.
Я дернулась, пытаясь сбросить его и высвободиться из отвратительной хватки этих рук. Бесполезно. Оборотень был намного сильнее.
А потом рядом раздался рык, и я осознала, что теперь мне точно уже не спастись. Я не смогла бы побороть одного, а теперь их двое. И моим планам не суждено осуществиться. И малыш Филл не дождётся от меня обещанного подарка к дню рождения, потому что меня просто не будет.
Говорят, в такие моменты перед глазами должна пронестись вся жизнь, но я этого что-то не увидела. Только парализующий страх и отчаяние владели мной.
Давление чужого веса на меня ослабло, а потом и вовсе исчезло. Я рванула в сторону, что было сил. Естественно, ползком, обжигая пальцы о ледяную землю, лишь немного укрытую первым снегом. Как можно дальше от них, пока хватит сил, пока меня не уничтожили.
Смогла доползти только до ближайшей лавки, схватилась за неё, привстала и чуть было не рухнула снова."
"Оборотни дрались. Бешено, жестоко, как самые настоящие дикие твари. По снегу уже расползались в разные стороны кровавые дорожки, а я все не могла прийти в себя. Я не понимала, что такое происходит, но знала, мне необходимо бежать отсюда как можно дальше!
Ноги не слушались, когда я отступала в ту сторону, где был выход из парка. Стресс и боль от ушибов пригибали к земле, но я упрямо шла, будто продираясь сквозь буран, не видя ничего от слез и страха.
За спиной раздался страшный, выворачивающий на изнанку вой. Предсмертный. Вой раненого, который знает, что это его последняя возможность дать о себе знать.
Кто из них победил? И стану ли я жертвой? Я не знала…
— Стойте!
Голос. Вполне обычный, нормальный человеческий голос. Тот второй одержал верх, но я уже никому не верила. Мне нужно было сбежать отсюда куда-нибудь далеко, где можно забиться в угол и плакать.
— Да постойте же вы!
Он настиг меня и резко развернул к себе лицом. Я механически попыталась сбросить его руку со своего плеча, а второй зарядить пощёчину. Но ни первое, ни второе мне не удалось.
