Падший

Узкая ковровая дорожка из изумрудного клевера под их ногами вела прямиком к трону из белой березовой коры. Эмблема в виде расходящихся в разные стороны солнечных лучей красовалась в центре трона, вырезанная, кажется, из куска чистейшего золота."

"У Селины задрожали колени, когда ее глаза наконец остановились на женщине, поднявшейся с трона одним грациозным движением. Даже издалека Селина чувствовала, что женщина эта обладает большой силой и влиянием. Она тут же потянулась к руке Бастьяна. В ответ он переплел ее пальцы со своими.

Волна тихих перешептываний прокатилась по толпе, собравшейся вокруг них. Селина огляделась по сторонам, неуверенность разрасталась в ее груди. Куда бы она ни взглянула, везде натыкалась на что-то, заставляющее сомневаться, что она пребывает в здравом уме. Фигуры собравшихся вокруг гостей были высокими и тонкими, как ивы, они были одеты в тончайший паучий шелк, их пояса украшало мерцающее золото, а длинные волосы всевозможных оттенков, колыхались за плечами, точно вуали. Заостренные уши. Холодные взгляды. Острые скулы. Пальцы, усеянные драгоценностями, сжимающие роскошные кубки. Селина даже заметила нескольких существ с рогами и зеленой кожей или с полупрозрачными крыльями.

Когда одно из существ с рогами сердито уставилось на Бастьяна, предостерегающе обнажив клыки, Бастьян отпустил руку Селины. И тогда она осознала, что большинству местных обитателей совсем не по нраву тот факт, что она держит за руку высокого вампира, стоящего с ней рядом.

Одной этой причины было достаточно, чтобы Селина снова сжала руку Бастьяна и гордо вскинула подбородок.

Стройная женщина, стоящая перед троном, сделала один-единственный шаг вперед, спускаясь на мраморную ступеньку пьедестала. А затем она улыбнулась Селине невозмутимой, теплой улыбкой. Красота ее лица заставила Селину замереть на месте.

У женщины были длинные черные волосы, но совсем не такие, как у Селины, они были заплетены в свободные косы за ее плечами, их украшали тоненькие веточки с мерцающими листочками. Ее лоб увенчивала диадема, усыпанная жемчугом. Наряд женщины сиял, как жидкое серебро, а плечи укутывал белый лисий мех. Какой-то талантливый художник покрыл ее бледную кожу мерцающей пудрой, а губы окрасил в ярко-красный цвет свежей крови.

Когда женщина подошла ближе и протянула руки для объятий, Селина ахнула, далекие воспоминания внезапно пробудились в ее памяти.

Вот правительница Сильван Уайль. Вот мать Селины.

– Добро пожаловать, дочь моя, – сказала женщина, ее голос походил на звонкую мелодию. Птички над головой защебетали в ответ, и само солнце словно засияло ярче. – Ты даже не представляешь, как я ждала нашей с тобой встречи.