Падший

Где бы ни появилась проблема, он всегда мог найти решение. Он давал мне советы, точно отец, и делился мудростью, точно старейшина, и в то же самое время успевал править могущественными бессмертными существами. Никодим обладал всеми качествами, которыми мечтал обладать я.

Однако теперь меня беспокоила мысль о том, что величие, которое я воображал, глядя на него, не все признавали. Странные чувства охватили мое мертвое сердце от осознания этой истины. Подозреваю, Валерия Генри сыграла тут не последнюю роль. От встречи с ней пробудились мои давние воспоминания. Те, о которых я не вспоминал на протяжении многих лет. Звук смеха матери. Мысли о том, каково это, наблюдать, как кто-то готовит для тебя ужин, каково слушать пение отца или ссориться с упрямой сестрой.

Каково это, быть любимым, когда от тебя ничего не ждут взамен.

Я замечаю, что Арджун наблюдает за мной.

– Что не так? – спрашиваю я.

– Скажу честно, последние пару часов я провел в страхе.

– По поводу?

– Не могу поверить, что ты не наказал меня за то, что я отказался отвести тебя в Сильван Уайль.

Подобные слова, услышанные из уст того, кого я считал другом, отрезвляют меня.

– И что, ты думал, я сделаю? Вырву тебе сердце и скормлю Туссену?"

"– То, что делают обычно в таких ситуациях. – Арджун протирает свой монокль и прячет в маленький кармашек жилета. – Предложишь мне баснословные деньги. Будешь убеждать при помощи лести, а потом начнешь избивать, пока не соглашусь.

Я хмурюсь:

– Звучит не очень дружелюбно.

– Так бы поступил твой дядя.

– Так бы поступил и я, – признаюсь я.

– И что же изменилось?

– Не знаю. – Я вздыхаю. – Но гипотетически – ты бы передумал, если бы я предложил тебе денег?

– Может быть, – усмехается он.

– Правда?

– Нет, ради твоего же блага. Моя мать меня прибьет, если я притащу вампира в Летнее королевство. А мертвому деньги вряд ли пригодятся.

– Ты всегда так боялся свою мать?

– А ты свою нет?

Я задумчиво поджимаю губы.

– Не помню, чтобы я боялся. Помню, что порой хотел заставить ее улыбнуться. Хотел услышать, как она меня хвалит. Но страха не было, нет.

– Кого же ты тогда боялся?

– Сестру и дядю.

– Верно, верно, – смеется он.

– Получается, ты решил работать на заклятого врага своей матери.

– Как я уже и сказал, я предпочитаю твой вид своему. Здесь по крайней мере не нужно выяснять, кого и почему ты ненавидишь. Здесь я понимаю, какое мне отведено место среди вампиров. – Арджун делает паузу, задумавшись на мгновение. – Не говоря уже о том, что я пообещал твоему дяде, что буду служить Львиным чертогам как минимум пять лет за хорошее вознаграждение как во время работы, так и после ухода. Обещания кое-что да значат для нас в Сильван Уайль. Их не дают просто так.