Открытая рана

Шпионы под бдительным присмотром томились в разных камерах, которые были оборудованы в подвальном помещении. Двое белорусов-католиков вид имели жалкий. Походили они не на вездесущих и отважных рыцарей плаща и кинжала, а на застигнутых с поличным автобусных карманных воришек.

Я их допрашивал по отдельности. И оба они почти одними словами пытались давить на жалость и сетовали на свою несладкую судьбу.

Воевали в Белоруссии, в частях вспомогательной полиции. Ушли вместе с немцами. Оказались в зоне западной оккупации и тут же попали в поле зрения американской разведки, для которой бывшие немецкие диверсанты и полицаи были отличным кадровым резервом. О своих художествах задержанные не откровенничали — мол, поварами и механиками были. Знаем мы таких механиков.

Чтобы их судьба не стала совсем горькой, сейчас они были готовы сотрудничать с органами госбезопасности, обещали горы свернуть, но загладить свою вину перед трудовым народом.

Стремление к сотрудничеству, конечно, дело похвальное. Но вот только знали они уж слишком мало. Так, расходный материал, который забрасывается в СССР сотнями тушек и из которых получается легализоваться у процентов пяти.

Задание у них было простое. Подобраться поближе то ли к городу, то ли к поселку, затерявшемуся в лесах. Сориентироваться на местности. Присмотреться к объекту. Взять образцы почвы и воды — зарубежным специалистам они много могут сказать о том, какие работы ведутся на объекте. Если очень повезет, присмотреть варианты оперативного проникновения на объект. Но на это надежды мало. После выполнения этой части программы двигать в Москву. Там на главпочтамте до востребования будет ждать письмецо. В нем — зашифрованные дальнейшие инструкции.

Два незадачливых шпиона даже еще и не начали крутиться около объекта, а их уже срисовали. Оно и неудивительно. Каждый второй житель в округе отчеты в МГБ строчит в свободное время.

— Нам говорили, чтобы мы не рассчитывали на быструю эвакуацию. Поступаем в распоряжение резидента в Москве, — объяснил старший группы, шмыгая длинным горбатым носом.

— И чем думали заниматься в Москве? На что вас натаскивали?

— Вербовки. Диверсии. Главная задача — ядерный шпионаж. Подготовка в американской школе шла в этом русле.

— И что вам говорили про нашу ядерную программу? — заинтересовался я.

— Говорили, что русские коммунисты не представляют агентурных возможностей разведслужб великой Америки. И что у СССР ничего не получится с созданием ядерного щита. Америка не допустит.

— Не верят нам.

— На словах они вас уже давно похоронили.

— Смешные люди, — хмыкнул я. — И сильно самоуверенные.

— Гады они, — подобострастно закивал белорус.

— Значит, ты готов искупить? — посмотрел я испытующе на задержанного.