Открытая рана

Так уж повелось, что подробные карты у нас секретятся, чтобы враг сам не догадался, куда ему идти, а у бдительных прохожих спросил.

Прочертили несколько маршрутов, по которым могла двигаться машина злоумышленников так, чтобы оказаться в стороне от чужих любопытных взоров и от милицейских постов. А потом — дотошная отработка территории по этим маршрутам.

Ох, насколько же монотонна и тяжела милицейская работа. Одни и те же вопросы. Человек за человеком. Твои собеседники — дворники в фартуках, закутанные в шали бабушки на скамейках, шпана, которая любит толкаться вечерами в тихих уголках. И раз за разом одни и те же ответы: «Нет, не видели. Не знаем». Или хуже того — что-то видели, но оказывается на поверку, что видели не то, в результате распыляются силы, тратится драгоценное время.

Однажды возникает стойкое ощущение, что это будет длиться вечно. И безрезультатно. Но кто усердно долбит стенку, рано или поздно ее пробьет.

Помогла нам замоскворецкая шпана. Компания из пяти учеников ремесленного училища шаталась, задиралась к такой же шпане из соседнего района. Потом парни пили портвейн во дворике. Виновато пояснили, что так справляли Первое мая, хотя на календаре уже было четвертое. Потом снова шатались и горланили песни, то есть культурно проводили время, в связи с чем попали на карандаш к участковому, а потом и к нам.

Их доставили в местное отделение милиции. И Дядя Степа на один щелчок развел их на откровенный разговор. Притом так, что они не просто под давлением что-то вспоминали, а искренне хотели содействовать. «Ну а что, мент попался хороший, с пониманием. Чего не помочь?»

Выяснилось, что в тот момент, когда у компании проснулись певческие таланты, они и увидели машину. Именно в то время, когда, по расчетам, она и должна была проезжать по этому тихому переулку, через дворы. Наша машинка или нет?

— А что за машина была? — выспрашивали мы у парнишки в телогрейке, пузырящихся брюках. Шпанскую кепку-малокозырочку он сжимал в руках.

— Ну а я знаю? — отвечал он бодро. — Машина и машина.

— Грузовик? — нажимал Дядя Степа.

— Не-а. Кузов такой…

— Фургон?

— Ну наверное. В таких мясо, хлеб возят.

— А сама кабина как выглядит, бампер?

— Я что, присматривался?

Дядя Степа начал достаточно мастерски выводить карандашом на листе бумаги различные марки машин.

— Во, эта, — произнес шпаненок.

Как я и надеялся, ткнул он в изображение ГАЗ АА.

А ведь я был прав. Все начинает сходиться!

Глава 18"

"Эх, мой родной стол в кабинете. С ним я чувствую себя не оперативником, а столоначальником — он просторный, покрытый зеленым сукном, на толстых тумбах с многочисленными ящиками. На нем тяжелый металлический чернильный прибор в виде какого-то зверя — то ли тигра, то ли крокодила. Там же стоят три моих телефона.