2
0С территории благородного факультета он вывел меня под самым настоящим плащом-невидимкой, и теперь даже на переднем сидении его чудесного кабриолета я никому не видна: никаких прилипчивых взглядов, репортеров. За нами даже квадрокоптеры не увязались.
Красота же!
Только оказавшись вне факультета благородных демонов я понимаю, что чувствовала себя в нем как в клетке. Фантастически приятно оставить его позади, нестись прочь, улыбаться, ощущать тепло руки Леонхашарта, не думать о том, как мы выглядим со стороны, лишь придерживать плащ-невидимку…
— И куда мы? — спрашиваю я.
— Не знаю. — пожимает плечами Леонхашарт. — Просто захотелось увезти тебя подальше от всех, побыть вдвоем, ни на кого не оглядываясь.
Кабриолет скользит по улицам, мощный двигатель позволяет Леонхашарту легко перестраиваться из полосы в полосу, обгонять.
Мы едем в никуда, молчим, но даже это молчание делает нас ближе.
Леонхашарт сворачивает с основной трассы, проносится мимо сверкающих вывесок и уличных кафе, снова поворачивает, и скоро мы оказываемся на огромном стадионе. Он действительно велик, противоположного края от въезда не видно.
Благодаря изучению устройства города я знаю, что здесь проводят автомобильные гонки и соревнования по скоростному полету на короткие дистанции, а когда устанавливают препятствия — состязания по воздушному маневрированию.
Несколько автомобилей несутся по размеченным полосам, и кабриолет Леонхашарта устремляется следом за ними. Меня вдавливает в кресло. Полосы на дороге усиливают ощущение безумной скорости, ревет мотор. Мы мчимся вперед, сердце сжимается от страха, но возбуждение уже отвоевывает напряженное тело, расслабляет мышцы.
На меня нисходит безумно приятное ощущение, что мы уносимся от всех проблем. Прекрасный, изумительный побег от всего!
В поворот мы вписываемся с визгом шин и тормозов, Леонхашарт улыбается шире. Кабриолет мчится дальше, каждой клеточкой я ощущаю рев мотора, его выплескивающуюся в скорость мощь, его хищный рык покорителя пространств.
Вперед-вперед-вперед!
Глаза Леонхашарта блестят, когда он смотрит на меня, его улыбка такая беззаботная и искренняя, что я приподнимаю маскирующую накидку и улыбаюсь в ответ.
Изумительно, просто прекрасно.
А самое замечательное то, что Леонхашарт безошибочно четко определяет момент, когда надо съехать с трассы: мне еще не надоело, но я уже накаталась.
— Прикройся, — просит Леонхашарт, направляя автомобиль к ярко раскрашенному, сверкающему неоновыми огнями кафе с отельным окошком для автомобилистов.
