4
0Правда ходило паршивенько, потому что роста я и так не маленького, да еще и на каблуках. Наглец недостаточно надо мной возвышался, чтобы подавлять своими пламенными взглядами. Жених тоже почувствовал какую-то нестыковку и рявкнул в сердцах:
— Как с тобой неудобно!
— Мне присесть?
— Зачем? — блондин моей иронии не понял.
— Ну как же. Будешь надо мной нависать и грозно глазами сверкать. Выйдет очень устрашающе. Я большой и страшный, р-р-р-р, — изобразила свирепого хищника. — а я буду такая вся хрупкая и беззащитная, с дрожащей губенкой и слезами на глазах.
Нольд громко скрипнул зубами, а я почувствовала, как у меня по коже побежали огненные мурашки.
— Предупреждаю, если захочешь меня спалить — я буду кричать. Всякие гадости. Про тебя!
— Ведьма!
— Если бы, — вздохнула с наигранной печалью. — Я не ведьма, не маг, и даже не фея. К сожалению. Хотя какой толк от фей?
— Уж побольше, чем от некоторых, — сердито припечатал он.
— Кто-то не ровно дышит к феечкам? — тут же поинтересовалась я.
— Ты невыносимая... заноза.
— Можешь звать меня просто Ксаночка, — ответила ему милейшей улыбкой.
— Можно я вообще не буду тебя звать?
— Грубиян.
— Сама, можно подумать, лучше.
Он прав. Мы с ним, как два невоспитанных ребенка, которые не могут поделить одну игрушку. Некрасиво.
— Ладно, все молчу. Извини.
— Думаешь тебя это спасет? Я за тобой весь вечер наблюдал. Ты вообще не знаешь, что делать на балу, не знаешь, как себя вести, — жених цинично ухмыльнулся, весьма четко подметив мое бедственное положение, — так что готовься к вылету… Ксаночка.
— Из всего сказанного, я услышала только то, что ты за мной весь вечер наблюдал, — вернула ему холодную улыбку, — Влюбился что ли?
Бедный аж поперхнулся. Я ласково постучала его плечу:
— Что ж так нервничать? Любовь — дело такое. Как нагрянет — не отмашешься.
От парня прямо жар валил, и в воздухе вокруг нас показались крохотные язычки пламени. Сейчас он меня точно спалит!
К счастью, музыка закончилась. Проворно выскочив из его медвежьего захвата, поспешила скрыться в толпе, и смогла облегченно выдохнуть, только когда оказалась на другом конце зала.
Несмотря ни на что мне понравилось танцевать с женихом. Понравилось ощущать под ладонями крепкие плечи и то, как он меня держал: сильно, уверенно — никаких дрожащих рук и невнятного мычания. Гад он, конечно, но было в нем что-то такое, от чего сердечко нервно подрагивало.
Эх, жалко, что меня сегодня выгонят. Я только начала входить во вкус.
***
Больше он ко мне не подходил, но я то и дело натыкалась на колючий взгляд карих глаз. В какой бы части зала не находилась, стоило только обернуться, и, на тебе пожалуйста, смотрит. Сердито так смотрит, с чувством. Я даже нервничать начала оттого, что чужой взгляд все время ко мне цеплялся.
