3
0
Она затолкала меня в ванну, и мочалила меня до тех пор, пока я не начала скрипеть, словно начищенные новые сапоги. Волосы сначала натерла чем-то пахучим, потом чем-то липким, потом чем-то откровенно гадким. Я думала, что таких процедур я облысею и покроюсь здоровенными чирьями, но к моему удивлению, высохнув, шевелюра превратились в шелковый, струящийся поток, а кожа будто светилась изнутри.
— Вот это да, — протянула восхищенно, пропуская между пальцев длинную прядь.
Служанка самодовольно улыбнулась, наблюдая за моей изумленной физиономией.
— Вы волшебница, да?
Щеки у нее зарделись, а старческие губы сами растянулись в смущенной улыбке:
— Это просто опыт, дорогая Ксанка.
После того, во что она превратила мои обычно кудрявые непослушные волосы, я решала довериться ей и во всем остальном. Преодолев начальную скованность, мы весело болтали, а Ромерта при этом не забывала готовить меня к церемонии.
Больше всего страшил момент, когда придется наряжаться в платье. Стоило вспомнить процесс примерки, и то чувство, когда жесткие косточки впиваются в бока, сразу накатывало уныние. Однако и тут новой камеристке удалось меня удивить.
— Как шнуровать? — поинтересовалась деловым тоном, когда я вышла из примерочной в светло-бирюзовом пышном платье, с розовыми кружевами и развернулась к ней спиной, — так чтобы тонко и гладко, или чтобы дышать можно было?
— Я бы лучше подышала.
Она мигом справилась со шнуровкой, наряд сел весьма комфортно, и я действительно могла дышать полной грудью. Потом она уложила блестящие волосы в замысловатую прическу, затем слегка сбрызнула меня духами и подвела к зеркалу.
Оттуда на меня смотрела вроде я, а вроде и не я. Гладкая, аккуратная, с нежным румянцем на щеках и в красивом платье, совсем не похожая на Ксанку-сорванца, помогающего конюху с норовистым жеребчиком.
— М-даа, — протянула, поворачиваясь то одним боком, то другим.
— Нравится?
— Вы точно волшебница.
Ромерта умиленно сложила руки на груди:
— А ты, милочка, настоящая красавица.
Угу. Слышала бы тебя Илонка — от злости бы лопнула, забрызгав все вокруг своим ядом.
— Пора! Лучше придти пораньше, чем опоздать, — торжественно произнесла служанка, взглянув на круглые настенные часы с большими тисненными цифрами, — я провожу.
— Да было бы неплохо, — усмехнулась я, вспомнив свое блуждание по замку.
Еще раз глянула на себя в зеркало, подмигнула своему отражению и решительно направилась к выходу.
Готовься, жених! Я иду!"
"До центрального зала мы добрались на двадцать минут раньше назначенного срока. К моему удивлению все остальные претендентки уже были здесь и теперь взволнованно прохаживались из стороны в сторону. Нервничали все. Кто-то похлопывал себя по щекам, кто-то заламывал руки, кто-то нервно обмахивался веером.
