3
0
На пути, как назло, не попадалось ни единого человека. Здесь вообще есть кто живой? Или они от меня прячутся?
Я, наверное, ползамка обошла, пока наконец не вывернула к узкой винтовой лестнице, рядом с которой на стене красовалась табличка с золотыми тиснеными буквами: Северная башня. Сей факт меня крайне обрадовал и преисполненная оптимизма я начала свой подъем.
Через три длинных пролета я остановилась, чтобы поудобнее перехватить чемодан. Еще через три пришлось снова останавливаться, чтобы перевести дух и стереть пот со взмокшего лба. Еще через пять я уже начала причитать, как старая бабка:
— Башня! Почему именно башня? Неужели нельзя было встретить нас внизу, на первом этаже?
М-да, чемоданчик-то надо было отдать. Чем выше я поднималась, тем тяжелее он становился.
Ступеням все не было конца и края, и когда я, наконец, добралась до верхней площадки, то была похожа на взмыленную лошадь, после долгого забега. Но стоило увидеть приветливо распахнутые двери, а за ними силуэты девиц, как мое настроение мигом взлетело до самых небес, и я бодро ринулась вперед, забыв об усталости.
Глава 5"
"— Здравствуйте! — поприветствовала всех собравшихся в комнате и смело переступила через порог.
При моем появлении они дружно, словно по команде, повернулись к дверям. Разномастные девушки-конкурентки — брюнетки, блондинки, рыженькие — уставились на меня подозрительно, безо всякой радости. Ближняя ко мне даже буркнула весьма неприветливо «еще одна приперлась». Я скользнула по ним взглядом, быстро пересчитывая. Всего девятнадцать дев, я — двадцатая. Хм, не лишку ли для одного мужика, будь он даже трижды красавцем и сыном наместника?
Чуть поодаль, у стены стояла пожилая женщина в длинном, изумрудно-зеленом платье. На ней было столько украшений, что от их блеска рябило в глазах. В седые, высоко забранные волосы были вплетены нити розового жемчуга, на худосочной груди покоился внушительный медальон, а пальцы были увешаны таким количеством перстней, что сами пальцы было почти невозможно рассмотреть. Женщина лишь мазнула по мне взглядом и отвернулась, что-то лопоча себе под нос.
У окна стоял еще один персонаж — седовласый Ленд Барсон, которого я уже имела честь лицезреть в нашем родовом поместье. Увидев меня, он как-то нервно оттянул воротничок идеально белой рубашки и кашлянул:
— А вот и вы, — прозвучало немного обреченно, с надрывом. Он размотал свиток и сделал жирную пометку, — Ксана Уортон из Боунса.
— Да, это я. Как дела?
— Пока все было хорошо, — осторожно ответил Ленд и с натянутой улыбкой добавил, — я уже думал, что вы передумали и не приедете.
