От винта! [Сборник]

Левая рука вытащила и положила на колено планшет, и пальцем Сергей мне показал точку на карте. Я совсем об этом забыл. Тут же послышался голос Владимира Константиновича: «Сколько до поворота?» – «Три минуты двадцать!» – «Добро!»

Смотрю на компас, авиагоризонт и часы, энергично поворачиваю, ложусь на новый курс. Чуть поправляю самолёт, уже успокоился и даже немного расслабился. Сзади послышалось:

– Возьми поправку на ветер пять градусов влево!

– Есть!

Подходим к повороту, докладываю о нем и также быстро поворачиваю. С полётом по прямой я освоился, а вот как снижаться? «Тоже по прибору! Задаёшь глиссаду по авиагоризонту и идешь вниз!» Третий поворот! Докладываю, что начал снижаться и занимать эшелон 2000 метров. Уппсс! Температура ползёт вверх, приоткрыл заслонки, вышел на 2000, выровнялся. Сзади:

– Открывай шторку! Сравни место по счислению и истинное!

– Уклонился метров на двести вправо!

– Это ты ветер не учел! Скажи спасибо, что я тебе помог! Полётное задание надо читать внимательнее! Но для первого раза – совсем неплохо! Пошли домой!

На разборе полёта Владимир Константинович рассказал, как надо, ещё до облачности, рассчитывать снос. Я спросил у Сергея, почему он мне не подсказал? Он ответил, что специально не подсказывал, иначе Владимир Константинович догадался бы, что ты в облаках летал. А у тебя в лётной книжке только полёты в простых метеоусловиях. А я об этом даже и не подумал! В столовой мы сели за стол к Стефановскому.

– Ну как Воробушек? – задал он вопрос Владимиру Константиновичу.

– Будет летать! Машину хорошо чувствует, а вот штурманская подготовка хромает, как у всех истребителей!

– Сильно мазанул?

– Двести метров.

– Всего?

– Ну, я ему немножко помог! На втором повороте.

– А правда, что он «АИ» погонял крепко?

– Сам видел! Сделал его дважды, потом дал себя атаковать, сделал нисходящую бочку, пропустил его над собой и третий раз сделал!

– Класс! Ты у кого учился?

– У Маренкова.

– У Кузьмы? Тогда понятно! Классный инструктор!

– Ты понимаешь, Пётр, – сказал Владимир Константинович, – я Кузьму больше тебя знаю. Не его это почерк. Тот виражи уважает, а этот действует на вертикали. Самородок! Андрей, а нарисовать схему боя с Филиным сможешь?

– Конечно! Это же сегодня было!

– Давай после ужина в класс!

Часа два мы втроем с фигурками самолётов топтали класс, искали мои ошибки и как уйти от моих атак. Вышли из класса уже в темноте.