Ошибка

Господи, полседьмого! Родители! Я ведь собиралась ехать с ними на дачу. И что теперь делать? В дверь позвонили еще раз. И очень настойчиво. Стало ясно, что пришедший просто так не уйдет. По моему перепуганному виду Бояринцев сразу понял, кто стоит за дверью.

– И что делать? – в панике прошептала я.

– Что делать? –  Тимур поднялся и теперь быстро натягивал на себя одежду. – Открывай.

Легко сказать, открывай. Если они узнают… Боже, что это будет! Я набросила халат и медленно пошла к двери. Еще медленнее – значило бы просто пятиться назад. Коленки тряслись, живот крутило от страха.

– Папа, – я открыла дверь. – А почему ты не позвонил?

Да уж, очень вежливо, просто идеальная дочь.

– А я звонил, – сказал он. – Просто у кого-то отключен телефон.

– Ой… Наверное, села батарейка.

Ну конечно, я была так занята, что забыла поставить его на зарядку.

– Ты не одна? – отец нахмурился, глядя на мужские ботинки сорок какого-то размера.

Конечно одна. А ботинки это я так, на распродаже купила. А что, буду зимой носить, с пятью парами шерстяных носков. Для тепла!

– Па-а-а… – умоляюще протянула я. – Давай не сейчас, ладно? Извини за телефон и… Может, ты подождешь меня внизу? Я быстро, честно-честно!

Мне почему-то казалось, что он поймет. В конце концов я не просто взрослая девочка, а уже побывавшая замужем и разведенная девочка.

– Может,  познакомишь с тем, кто у тебя тут ночует?

Это вряд ли. Тем более что они и так хорошо знакомы.

– Познакомлю, но не сейчас, потом, тогда, когда…

Я запнулась. Ну не говорить же ему о том, что колечко у меня на руке – не простое украшение.

– С ним что-то не так? – моментально встревожился отец. – Может, это какой-нибудь проходимец? Кажется, у нас до сих пор не было секретов…

На самом деле были. У всех детей, которые хоть немного заботятся о своих родителях, должны быть от них секреты. Иначе неврозы, гипертония и ранние инфаркты родителям обеспечены.

– Нет, пап, он хороший! Просто я пока не готова…

– Он наркоман? Ульяна, ты слишком еще наивная. Вечно всем веришь!

Ну все. Сейчас про ту цыганку вспомнит с целым выводком детишек, которую я притащила в дом и сказала, что она будет у нас жить. Потому что у нас много комнат, а у нее нет. Сколько лет прошло, а все забыть никак не могут, а?

– Помнишь, как ты цыганку в дом привела? Еле выставили.

– Господи, папа, я уже взрослая!

– Дочка… – укоризненно покачал головой отец. –  Если молодого человека нельзя представить родителям, значит он точно какой-то проходимец…"

"Он поморщился и стал растирать грудь слева. Ну конечно! Сердце! Теперь я уж точно не знала, что делать!

– Проходимец и трус! – сказал отец громко куда-то поверх моей головы.

Я охнула и зашикала, пытаясь угомонить заботливого родителя. Не тут-то было.