5
0
Юноша на мгновение понурился, а потом вдруг выпрямился, перестал отводить взгляд и твердо посмотрел мне в лицо.
– Я люблю Тиссу… всегда любил. Когда срок договора закончится, женюсь, если этот чистоплюй откажется. Но только он не дурак, чтобы разрывать помолвку, сам вцепится – не оторвешь. И жалеть ее не надо. Господин щедр и ласков с наложницами. А Олеба Тисса после первой ночи с саэром забудет. Все забывают, – Грид горько вздохнул, – да и доказать все равно ничего нельзя. Что значит свидетельство простого нара по сравнению со словом высокородного? Тем более если это слово саэра Даниаса.
Дурдом.
Трусливое благоразумие неудачливого ухажера Тиссы не вызывало ничего, кроме неприязни и раздражения, но в одном он был прав: нас просто не станут слушать. Это в лучшем случае. А в худшем – накажут за попытку оболгать местного аристократа. Я достаточно долго прожила среди высокородных, видела их отношение к простолюдинам, чтобы тешить себя пустыми иллюзиями. Бросаться грудью на амбразуру – глупо и бесполезно. Тиссе ничем не помогу, а вот ненужное внимание к своей персоне привлеку обязательно. Но оставить все как есть, уйти, не попытавшись хоть что-нибудь сделать, я не могла.
Сейчас самое главное – найти нару Хард и узнать, что за птица этот самый саэр Даниас. Почему он так нагло себя ведет? А там посмотрим.
– Нар Таск, – я решительно двинулась к Гриду, заставив его невольно отшатнуться, – идемте, нужно отыскать мать девочек и сообщить ей о том, что произошло. Заодно и о саэре, который увел Тиссу, расскажете.
– С какой это стати я должен идти с вами, – заупрямился Таск, – к тому же что-то рассказывать? Да и некогда мне.
– Конечно, вы не обязаны мне помогать. – Я сделала еще один шаг, заступая мужчине дорогу. На всякий случай, чтобы не вздумал убежать. – Но рассудите сами: Тисса рано или поздно вернется домой, дурман с нее спадет, ну или маг его снимет. Что она почувствует, когда поймет, что вы ничего, совсем ничего не сделали для ее спасения? Захочет ли выйти за вас замуж, даже если Олеб откажется? А вот если Тиссе станет известно, что вы пытались помочь, защитить ее – пусть даже у вас не получилось, превратитесь в ее героя.
Я безбожно льстила и преувеличивала, но своего добилась. Таск приосанился, гордо выпятил грудь, как петух, собравшийся кукарекнуть, и важно кивнул. Какой же он еще, в сущности, мальчишка."
"– Вот и хорошо. – Ухватила за рукав дезориентированного моим напором юношу и потащила его к залу заседаний.
