Вернувшись, мы покормили бабулю творогом со сметаной, и она довольная заступила на телевизионную вахту: смотрела всё подряд – сериалы, передачи, рекламу. А мы носились на пятой скорости, разгребая хлам и вычищая грязь.
К пяти вечера квартира засверкала. Радостно блестели вымытые окна, везде царил идеальный порядок. Ещё утром жильё напоминало свинарник, но сейчас квартира выглядела прилично.
Ремонт, конечно, не помешал бы…
- Ой, внученьки, даже не знаю, как вас благодарить! – всхлипнула Тамара Николаевна. И снова заплакала…
Да что ж она так сердце нам рвёт! Я не могла смотреть на слёзы старого человека, в горле застрял ком…
- Так, ну-ка, отставить! – возмутилась Олеся.
Как мы и договаривались, на встречу с парнем подруга надела платье итальянского бренда. Целый час мы колдовали над причёской и макияжем, а потом Олеся упорхнула – красивая, оживлённая. Я проводила её до метро.
Чудесный вечер расцветал золотистыми сумерками, барабанила капель и блестели лужи на асфальте. В каждом глотке воздуха чувствовалась весна.
Я радовалась за подругу и надеялась, что её свидание пройдёт хорошо.
Но как же я? Почему мне не везёт?
На секунду представила, как могла бы провести этот вечер со Стасом… Мы бы гуляли по московским улицам, смотрели друг другу в глаза…
Внутри со звоном оборвалась тонкая струна, сердце болезненно сжалось. Я стиснула зубы от разочарования и судорожно выдохнула.
Что он сейчас делает? Ходит по магазинам с блондинкой Леночкой и всё ей покупает? Или поехал в гости к брюнетке Агафье? А может у него уже другая девушка, такая же шикарная, как и эти две красотки?
Зря я снова мечтаю о Стасе… Мы живём на разных полюсах, в разных вселенных… Да и зачем он мне нужен – этот высокомерный, презрительный мажор?
*****
Можно сказать, что у нас с Олесей начался новый этап, более благополучный.
"Мы ухаживали за бабулей, кормили её, купали, выводили погулять.
Теперь мы тратили всего полчаса, чтобы добраться работы. А тут ещё новый сюрприз: стало известно, что Генка уволился. Я не могла поверить своему счастью, ведь из-за этого подлеца уже сама была на грани увольнения. Он меня замучил придирками и сумасшедшими поручениями.









