Опасное влечение

Для этого ей придется копаться в вещах его дочери. Лесли все еще думала об этом с неприязнью, хотя знала, что это может быть важно.

— Я, наверное, пойду спать, — сказала она, вставая.

— Еще нет и половины десятого.

— Я рано ложусь, — ответила она, чувствуя себя неловко и не зная, уйти ей или остаться. Затем поняла, что ведет себя как работник, ожидающий, когда начальник его отпустит. Но ее ноги словно приросли к полу.

— Я никогда не говорил так много о себе, — пробормотал Алессио.

Эти слова привлекли ее внимание, и она вопросительно посмотрела на него.

— Это не в моей природе. Я очень закрытый человек, поэтому то, что я рассказал вам, не должно выйти за пределы этой комнаты.

— Конечно, — решительно заверила его Лесли. — Зачем мне кому-то рассказывать об этом?

— Если кто-то решил шантажировать меня этой информацией, то и вы можете сделать то же самое. Фактически теперь у вас есть на меня компромат.

Это был логичный аргумент, и Алессио любил логику во всем, но сейчас он чувствовал себя неловко от собственной бестактности. Ее щеки покрылись краской, и он уже был готов извиниться за свое поведение.

Но Лесли, которая тоже привыкла ко всему подходить рационально, в то же время понимала, что его слова продиктованы разумом, а не чувствами.

— Вы хотите сказать, что не доверяете мне.

— Я хочу сказать, что вам следует хранить все это при себе. Никаких девчачьих сплетен в туалете на работе или за стаканом вина с вашими друзьями и уж точно никаких ночных разговоров с тем, с кем вы делите постель.

— Спасибо, что изложили все так четко. Но я знаю, как сохранять конфиденциальность, и понимаю, как важно, чтобы никто ничего об этом не знал.

Если у вас есть лист бумаги, вы можете составить договор прямо здесь, и я подпишу его!

— Составить договор?"

"При обычных обстоятельствах он бы точно сделал это прежде, чем нанимать ее на работу, но почему-то сейчас ему просто не пришло это в голову. Возможно, причиной было удивление, которое он испытал, когда открыл дверь и увидел на пороге девушку вместо мужчины, которого он ждал. А возможно, он забыл об обычных предосторожностях, сразу поняв, что ей можно доверять.

— Я буду рада подписать любой договор о неразглашении.

Одно слово из того, о чем мы говорили здесь, — и у вас будет полное право бросить меня в тюрьму.

— Вы же сказали, что не склонны к драматизму, — улыбнулся Алессио.

— Я оскорблена тем, что вы считаете, что я воспользуюсь вашим доверием для личной выгоды.

— Но при этом вы считаете мои опасения логичными?

Он встал, возвышаясь над Лесли, и она отошла назад на пару шагов, ухватившись за спинку кухонного стула. Алессио почувствовал, что что-то изменилось между ними.