Опасная беременность. Девочка Басманова (СИ)

Когда я рассказала ему обо всём, первым делом поехали эту новость отпраздновать. И он сводил меня на картинг.

Я радовалась, как маленькая девочка…

А сейчас весь этот восторг пропал.

В дверь неожиданно стучат.

Поворачиваю голову на звук и сипло хриплю:

— Войдите.

Надеюсь, не видно, что я плакала всю ночь.

Дверь открывается, и на пороге появляется отец. С подносом в руках. Выглядит смешно с его суровой физиономией.

— Хватит спать, — строго чеканит, нахмурившись. — Всю жизнь проспишь.

— Я на это и рассчитываю.

Он ставит поднос рядом, на тумбочку, присаживаясь рядом со мной на постель.

— Не задался разговор с Булатом?

Отрицательно качаю головой.

— Он был с девушкой, — кто-то дёргает меня за язык, и я решаю пожаловаться. Глаза Мирона округляются, но в следующее мгновение опасно сужаются. А красивые пальцы собирают одеяло, сжимая его от злости.

Встаёт с кровати, но я быстро хватаю его за руку. И сама поднимаюсь, уже присаживаясь.

— Всё нормально. Меня это не задело.

— Да я вижу, — отчего-то огрызается, вырывая свою ладонь. И увидев моё замешательство от его гнева, гаснет и успокаивается на глазах.

Вздыхая, плюхается обратно на постель.

Устало потирает переносицу.

— Извини. Когда обрёл дочь, а её кто-то обижает – хочется автоматом уеб… ударить.

Натягиваю улыбку и бью его по плечу.

— Я сама за себя могу постоять, не переживай. Но я запомню! Проблемы – бегу к папе.

С трудом зову его так.

Всё же двадцать лет жить без отца, а потом вдруг так перестроиться… тяжело. Говорю это только для того, чтобы быстрее привыкнуть. И ему, и мне."

"— Да папа тебе уже проблем сделал, — усмехнувшись, свешивает руки, сцепив в замок. Смотрит на них, кажется, пытаясь успокоиться. — Знал бы, не отправил бы тебя туда.

Но родители волновались. А он когда в запое – пиши пропало. Его только смерть вытащит.

— Я похожа на смерть? — оскорбляюсь и надуваю губки. Пытаюсь не киснуть хотя бы при Мироне. — Неужели всё так плохо?

— Сейчас? — поворачивается ко мне, осматривая явно опухшее после слёз лицо. — Очень. Тебе бы умыться.

— Ну, спасибо за поддержку.

— Не за что. Но я вообще не для этого пришёл.

— М? — вызывает у меня интерес.

— Булат приехал.

Внутри всё цепенеет и леденеет одновременно.

— Когда?

— Час назад.

— И что говорит?

— Ничего.

Спросил, где ты. Ответил, что спишь. Сидит, ожидает, пьёт чай. Знаешь, по нему и не скажешь, что он пил безвылазно три дня.

Конечно. Та девушка постаралась. Воскресила его. Дала силы.

— Понятно, — отвожу взгляд в сторону, на поднос, где лежат несколько бутербродов и шоколадка. Рядом – горячий чай с брусникой. — Поэтому принёс мне завтрак, чтобы я не выходила?

Коротко кивает.

— Подумал, что ты не захочешь.

Это правда…

Но…

— Я выйду, — сжимаю ладони в кулаки. — Не хочу быть слабой перед ним.

— Я тебе доверяю.