Он такой один

StarDust: Извини, папа приехал. Надо садиться ужинать. У меня еще есть пара минут.

Первый раз за все наше общение Пылинка вот так сбегала.

Клубок Ариадны: Классно, вы всей семьей садитесь за стол? Милая традиция.

StarDust: Ничего милого. Просто у меня очень традиционная семья, мы всегда ждем, когда папа вернется с работы. И если я хочу, чтобы меня любили, я должна соответствовать…

Я только хотела написать в шутку, что у нас с ней, похоже, один отец на двоих. Мой всегда говорил то же самое, что его любовь нужно заслужить, но Пылинка уже вышла из сети.

Теперь понятно, почему она не пошла в одну команду с Фобосом.

Мне стало совсем грустно, я нехотя поднялась и взяла с полки свои конспекты летнего курса, который проходила, пока Дэн развлекался со своей Кристиной. Курс, который много мне объяснил про таких как я, но не сделал проще мою жизнь. С правдой вообще жить очень сложно.

Времени было уже десятый час, но Тонька так до сих пор не вернулась. Я заканчивала подбирать литературу для курсача, иногда поглядывая на чат. Пылинка больше не появлялась, Пророка тоже не было, а ведь он утром обещал вернуться в игру вечером.

Я сначала не обратила внимание на вибрацию мобильника, но потом решила, что может Самойлова попала в очередную передрягу, однако на экране высветился незнакомый номер."

"Три почти одинаковых фотки. Архангельский, я и его кубок. И смска следом. «Спасибо, что пришла. Я тебя ждал».

Ждал?! Меня?

Я быстро написала ответ:

«Спасибо, что позвал. Было весело. Хорошо отметили?»

«Даже слишком».

От переписки меня отвлек громкий стук в дверь, я не успела даже ничего ответить, как дверь отворилась и в проеме появился… Архангельский. Одной рукой он прижимал к себе Тоньку, которая, кажется, не могла стоять самостоятельно.

В другой был мобильный.

— Пустишь?

Глава 27

Вместо ответа я в шоке отступила назад — Илья тут же этим воспользовался и втащил пьяную соседку в комнату. Самойлова кулем осела на мою кровать, явно не до конца понимая, где она находится. Я невольно поморщилась — в воздухе повис неприятный запах алкоголя.

Архангельский явно заметил мою реакцию и усмехнулся. Сам был трезвее стеклышка, от него даже не пахло.

— Не любишь вечеринки?

Илья стоял, прислонившись к стене и явно не торопился уходить.

Не особо скрывая любопытства, он рассматривал нашу комнатушку. Я едва сдержалась, чтобы не броситься к Тонькиной кровати, на которой еще с утра валялись ее ночнушка и плойка. И еще мне очень хотелось сказать, что это не моя кровать и я не разбрасываю где попало личные вещи!

Скажи мне тогда на вокзале, что я стану вот так нервничать из-за надменного засранца, обозвавшего меня воровкой, да я бы сама себе подзатыльник врезала!

— Я люблю вечеринки, но не сушняк по утрам и аспирин.