Он такой один

Мы уже подошли к большой деревянной двери, когда я додумалась, наконец, взглянуть на небо — оно было очень темное и сплошь затянуто облаками. Не знаю, на что там собрался смотреть Архангельский, но я скорее всего буду смотреть только на него.

Алька, успокойся, это просто свидание! Первое свидание. Ты же не хочешь, чтобы она оказалось последним?!

Илья потянул на себя массивную ручку двери, и мы оказались в огромном холле, такой я часто видела в музеях.

К нам уже спешила незнакомая женщина.

— Добрый вечер, это у вас свидание?

— Ага!

Илья кивнул, взял меня за руку и повел к гардеробу, который, конечно же не работал, но куда можно было спокойно самому повесить одежду.

Я с любопытством таращилась по сторонам. Я даже в детстве никогда не была в планетарии, и в школе класс на экскурсию ходил без меня. Здесь было прохладно — я ничуть не пожалела, что оставила свое платье в шкафу.

— Ты часто здесь бываешь?

Я не удержалась от вопроса, когда Архангельский без чьей-то подсказки повел меня по лестнице на второй этаж. От Ильи исходила такая уверенность, словно он ходил по своему собственному дому.

— Не так часто, но большинство планетариев, в которых я бывал, похожи друг на друга.

Когда я был ребенком, мы с друзьями часто приходили смотреть в телескопы. Жили рядом, да и не только жили…

Илья замолчал, рассматривая какие-то камни, лежащие под стеклом. Я коснулась лбом его плеча и хотела уже спросить, о чем он думает и почему привел меня именно сюда, когда Архангельский заговорил сам.

— Это метеориты, ежегодно тысячи небесных тел оказываются на земле, мельчайшие из них попадают в наши дома. Это и есть та самая космическая пыль, которую мы каждый день сметаем с пола наших квартир.

Да ладно? Удивленно посмотрела на Архангельского, но тот лишь кивнул.

— Сначала я думал нанять экскурсовода, но решил, что нам вдвоем будет лучше. Я сам много могу тебе рассказать. Если интересно, конечно!

— Сейчас мне интересно все, что интересно тебе.

Ну все, поплыла, но совсем расплавиться мне не дал ехидный вопрос:

— И даже баскетбол?

Я покраснела, вспомнив свои слова, что мир не крутится вокруг Архангельского и его баскетбола. Злопамятный какой!

Поэтому ответила скорее из вредности:

— Пока не решила. Но я не знала, что ты увлекаешься астрономией.

Я вообще мало чего про тебя знаю!

Илья обнял меня за плечи и подарил легкий поцелуй в висок. По телу пробежала теплая волна удовольствия. Черт с ним, с баскетболом!

— Космос — это моя первая любовь, я всегда смотрел вверх, не вниз, не направо и не налево, даже вперед тогда не смотрел. Только вверх. Я хотел проектировать двигатели для ракет, как и мой отец.

— Ого!"

"Я подняла голову и с удивлением увидела, что на красивом лице Илье застыл жесткий взгляд, а губы превратились в тонкую полоску.