Огненный князь 5 (СИ)

— Тс-с-с… — зашипел я, не выдержав, и отдернул руку."

"Голубоватый туман тут же стек к полу и исчез в нем. Мерзкая нить словно стала тоньше, но полностью не исчезла. А ведь она не толще миллиметра! Что же будет с более толстыми ее товарками? В месте, куда вошла нить мерзости, медленно рассасывалась белая точка.

Стало настолько противно, что я невольно опять потянулся к белой нити, и сразу по канату потек бурный поток белого света. Когда он вошел в меня, я тут же почувствовал облегчение и свежесть. Как под душем побывал.

Кивнув, понимая, что я на правильном пути, я вновь вернулся к мерзкой нити.

Значит, одна чистит, другая мусорит. Нахрена они тут, непонятно, но мне кажется, эта нить блокирует эфир, опутывая всех. Значит, нужно как-то попробовать «поймать» получающуюся нейтральную или серую энергию и усвоить ее. Тем более, как я заметил, голубоватый туман не сразу в пол утек, а только когда я контакт с нитью разорвал. Ну что? Пробуем?

Пробовать не хотелось, но другого варианта избавиться от блокировки я не видел. Снова подставляю руку под мерзкий ручеек, и когда начинает образовываться туман, пытаюсь второй рукой «собрать» его.

Но ничего не выходит. Мои пальцы просто проходят сквозь него, а когда я не выдержал и снова разорвал контакт с нитью, то он также просто стек в пол. На руке в месте касания с нитью снова видна быстро рассасывающаяся белая точка.

— Бог любит троицу, — прошептал я под нос и опять сунул руку наперерез нити.

На этот раз я не стал задействовать вторую руку, а постарался подключить силу воли. И когда голубоватого тумана скопилось столько, что скрыло мою ладонь, а точку, куда входила нить, стало нестерпимо жечь, я мысленно представил, как туман входит в эту самую точку, унимая боль.

— Да ладно! — воскликнул я, неверяще уставившись на стремительно вливающийся в белую точку на моей ладони туман. В ту самую, что образовалась при соприкосновении противоположных стихий.

Боль немного стихла, хотя до конца и не ушла. А вот точка на руке стала казаться холодным камешком, причем очень неудобным.

Надо попробовать влить в него немного благодати, и авось не рванет. Тратить ее было жалко, но шанс вернуть эфир был слишком велик.

Прикинув все за и против, снова с помощью силы воли вливаю в камешек чуток энергии, которая течет во мне, и он перестает казаться чужеродным элементом. Да и цвет его поменялся с холодного белого на теплый желтый.

Посмотрел на камешек в центре моей ладони, который и не думал исчезать, и подставил его на пути мерзкой нити. Все повторилось с той лишь разницей, что теперь жжение чувствовалось очень слабо, но ровно до тех пор, пока камешек не стал снова холодно белым.