— Не знала я, что ты такой философ.
— Я еще и крестиком вышиваю хорошо, — скромно потупился Перун, поглядывая на красавицу-богиню. Макошь ему уже все уши прожужжала, что надо завести еще одну жену. Не выдерживала она пыла мужа, который, потеряв ее в далеком прошлом и вновь обретя, и дня не мог прожить, чтобы не почувствовать ее в своих объятьях. Вот и сейчас, несмотря на возможность смерти, радовался как ребенок, зная, что ей, оставшейся на Земле, ничего не угрожает.
— Кажется, началось, — подобрался Шиз Му, поудобней перехватывая посох.
Боги, окружающие Храм, кольцом соединили ряды.
Их подразделения курсантов, что так любовно ими тренировались, находились во внутреннем круге строя, являясь последней защитой, если оборону прорвут.
Туман, что медленно стелился по земле, стал резко сгущаться метрах в трехстах от строя богов. Из него слышались жуткие завывания и скрежет металла. Поднявшийся ветер сделал попытку его сдуть, но лишь бессильно растворился, едва долетев до него. А вот ответный удар все тем же ветром пришелся в центр строя и был более чувствительным.
А после туман стал втягиваться в землю, закручиваясь в длинные спирали. Хлопок — и перед богами встало войско духов в черных балахонах. Они стояли неподвижно и при этом орали. Сильно, яростно, гневно и больно, буквально ввинчивая свой вопль в головы, сбивая с мыслей.
В ответ из-за спин богов в духов полетели огненные стрелы, состоящие из чистой благодати. Ударив в центр войска духов, они взорвались, буквально растворяя их в ярком пламени.
Часть духов поднялась в небо, дабы сойтись в смертельной схватке с теми, кто кружил над ними. Но еще большая часть просто побежала вперед, сжимая в руках оружие.
Вспыхнули яростным светом магические метатели, что стояли на крыше Храма, разверзлась земля, дабы принять в себя часть из них.









