7
0
На её счастье, упиралась она недолго. Пусть и с явной неохотой, но согласилась выдавать листовки клиентам.
И он ведь ей поверил, и даже сразу простил это изначальное нежелание… Хотя любому другому ни за что не спустил бы такое. В его понимании сотрудник, который увиливает от лишней работы, компании вообще не нужен.
А через несколько дней Крамер понял, какой он был дурак, когда поверил ей.
Он как раз вернулся с важных переговоров, которые прошли совсем не так, как хотелось бы, и оттого настроение было прескверным. Оставив машину на парковке, он отошёл чуть в сторону, к торцу здания, и закурил.
Единственный минус — мусорный контейнер поблизости. Но сюда выбрасывали лишь ненужные бумаги, которые местный дворник вечерами сжигал. Так что неприятных запахов не было.
Он скользнул взглядом по безлюдному заднему двору здания — там, в глубине двора, у запасного входа, бывало, тоже украдкой курили. Он пару раз встречал двух дам из рекламного отдела, но сейчас никого не было.
Затем Крамер опустил глаза и замер. В паре метров от него на асфальте валялся листок. Белый с крупными красными буквами.
Это же их рекламная листовка! Видимо, её ветром сюда принесло.
Нахмурившись, Крамер присмотрелся — возле мусорного контейнера лежала раскуроченная картонная коробка, из которой вывалился целый ворох таких же листовок. Подошёл ближе — и правда, эти листовки, вся партия, были попросту выброшены в мусор.
Выходит, она согласилась лишь для отвода глаз, выждала время и затем всё выбросила, рассчитывая, что вечером мусор сожжёт дворник и никто ничего не узнает.
Щелчком отшвырнув недокуренную сигарету, Крамер решительным и быстрым шагом направился к центральным дверям.
Выглядел он мрачнее тучи. Даже Лидочка, взглянув на него, когда он появился в приёмной, испуганно затрепетала.
— Ксению Андреевну Снегирёву ко мне. Немедленно, — бросил он на ходу и скрылся в своём кабинете.
47
Она явилась почти сразу, ждать не пришлось. Лучше было бы, наверное, сначала остыть, а уж потом устраивать разбирательство, подумал задним числом Крамер. В пылу он часто становился не сдержан и позже себя корил.
"Но она уже пришла. В первый момент Ксения Андреевна выглядела спокойной и уверенной, но затем, видимо, почувствовала неладное. Потому что подойдя ближе к столу Крамера, заметно напряглась и смотрела на него уже с явной настороженностью.
С трудом сдерживая гнев, он спросил:
— Ну и как обстоят дела с листовками?
— Мы их все раздали, — не моргнув глазом, ответила она.
— В самом деле? — подщурил он глаза, внимательно изучая её реакцию.
