7
0Не обошёл вниманием и вторую грудь, а затем принялся языком вычерчивать узоры вокруг пупка, продвигаясь всё ниже и ниже, лаская так откровенно, так беззастенчиво и так умопомрачительно.
Мышцы живота судорожно и сладко сокращались, а тело горело и выгибалось как в лихорадке. Никогда бы не подумала, что позволю мужчине вытворять со мной такие вещи, но сейчас я себе не принадлежала."
"Наслаждение нарастало волнами и, достигнув пика, разорвалось оглушительным и болезненно-ярким оргазмом. Я едва могла дышать, не понимая, где я, что со мной…
О, боже, что это было?
Последнее, я произнесла, оказывается, вслух.
— Ты кончила. А теперь и мой черёд.
С этими словами он подхватил меня под коленками и рывком притянул к себе. Откуда-то, как фокусник, извлёк шелестящий квадратик. Зубами вскрыл упаковку.
Затем на мгновение навис надо мной, незримо, на уровне ощущений, подавляя своей силой, мощью и мужской красотой. А в следующую секунду я ощутила эту его мощь в себе.
Входил он медленно, очень медленно, погружаясь всё глубже в разгорячённое лоно. Это чувство наполненности было непривычным, но до дрожи приятным.
— С ума сойти, как же у тебя там узко, — выдохнул он мне в губы. — И как горячо. Я же долго так не продержусь…
Руки мои он завёл за голову и крепко сжал в запястьях, двигаясь сначала неспешно, но затем всё быстрее, пока и вовсе не сорвался в безудержный и яростный темп. А потом вдруг замер во мне. Прикрыв веки, откинул голову назад, подрагивая всем телом от судорог. Хриплый вздох сорвался с его губ.
Потом Илья рухнул рядом, словно обессилев. Одну руку запрокинул себе за голову, вторую закинул мне на живот, вроде как обнял.
Грудь его тяжело, шумно вздымалась, и от тела до сих пор исходил жар. А ещё запах. Не парфюм, нет. А запах чистого, молодого, разгорячённого тела. Я тихонько его вдыхала и… млела.
Боже, я даже не думала, что бывает так хорошо…
— Прости, я так быстро… — ещё не отдышавшись, прерывисто прошептал Илья. — Просто почти две недели ни с кем… а ты такая…ммм… Сейчас… дух переведу и… продолжим…
Продолжали мы так до утра и (сама не могу в это поверить) мне ничуть не надоело! Даже скажу больше — мне понравилось! Очень!
Ночь пронеслась в каком-то угаре, полном наслаждения.
Илья, несмотря на его странности, всё же мастер своего ремесла. Моё тело с такой готовностью откликалось на его прикосновения и поцелуи, и я позволяла ему и себе всё то, о чём и помыслить прежде не могла.
Правда, утром я уже еле-еле доползла до ванной. Ноги под коленками дрожали от перенапряжения. Истерзанные припухшие губы горели. Между ног тоже саднило. Но приятное томление всё ещё сладко ныло в каждой клеточке.
