Это не было больно, противно или мучительно, но и удовольствия я тоже никакого не получала. Я бы сказала, что это было утомительно.
Мы с Лёлькой ещё немного попрепирались. Она настойчива, но и я могу быть упряма. Так что около одиннадцати вечера, приговорив Шираз, мы разошлись по разным комнатам спать, оставшись каждая при своём.
11
Утром встала ни свет ни заря и принялась за марафет. Хотелось явиться на работу во всеоружии. По поводу назначения на новую должность соорудила новую причёску вместо привычного хвоста — гладко зачесала волосы назад и собрала в шишку. Это придало образу нужную строгость.
С нарядами у нас особого выбора нет — в компании нерушимый дресс-код: белый верх, тёмный низ. Колени, руки, зоны декольте — всё это должно быть тщательно спрятано от чужих глаз, замуровано под слоями плотной, непрозрачной ткани.
Однако у меня имелась потрясающая блузка от Дольче Габбана, которую я ни разу никуда не надевала.
Но полгода назад на ресторанно-деловых переговорах с местным угольным воротилой случился небольшой казус. Он так бурно жестикулировал, что, лихо махнув рукой, выплеснул вино. И несколько крупных бордовых брызг угодили мне на рукав. Неуклюжий хозяин угольных копий страшно смутился и затем вместе с извинениями преподнёс новую блузку.
"Я, как приличная, отказывалась, но он и слушать ничего не пожелал. Носить её мне не позволяла гордость, а выбросить — рука не поднималась. А за полгода гордость уже успокоилась.
Вот только блузка стала мне… ну не то чтобы совсем мала, но села очень туго. Прямо стянула корсетом, даже дышать трудно. А ведь ещё осенью, примеряя её, я ощущала себя гораздо комфортнее.
Обычно я ношу свободный крой и лишние сантиметры могла и не заметить. Это что же получается? Неужели я толстею? Чёрт!
У меня же всегда была идеальная фигура, причём без всяких диет и фитнеса.
Однако старенькие джинсы и узенькая юбка-карандаш подтвердили мои опасения. Я в них попросту не влезла.
Расстроенная я приехала на работу, едва не опоздав. Такой важный день — и так неудачно начался.
Правда потом я немного развеялась — потому что коллеги на каждом шагу опять поздравляли с повышением. Это приятно.









