2
0Книга по педагогике несла доброе-светлое-вечное, была напичкана разнообразными конкретными советами и расплывчатыми поучениями, которые, наверное, были правильными, но с реальностью не соприкасались. А если учесть, что получилось прочитать лишь сорок страниц (далее сил на эту тоску не хватило), то…
– Разберусь как-нибудь сама, – улыбнулась Соня, мысленно перебирая сцены, связанные с Ксюшей. Разве можно к такой малышке применить свод правил, незыблемых законов или спрогнозировать ее следующий шаг? Даже невозможно угадать, чем она занята в данную минуту: читает Лермонтова или сосредоточенно пыхтит, устраивая посреди комнаты озеро и водопад?
«Очевидно, я единственная в мире гувернантка, не имеющая абсолютно никакого опыта общения с детьми», – с иронией подумала Соня.
– Бабушка, ты бы меня не узнала. – И посмотрела на часы.
Бабушка… О, у нее была мировая бабушка! Актриса больших и малых ролей. Ей рукоплескали тысячи и тысячи взволнованных граждан: плакали, смеялись, осыпали цветами, просили автограф.
А Соня была похожа именно на замечательную бабулю, во всяком случае, так всегда утверждала родня – и близкая, и дальняя. И говорили об этом в основном с охами и вздохами.
"«А после обеда придется делать уроки, – мысленно протянула Соня, уповая на то, что школьная программа четвертого класса не сразит ее наповал. – Надеюсь, синусы и косинусы они пока не проходят. Нужно было хотя бы шпаргалками запастись».
Она тряхнула головой, но тут же вспомнила, что волосы туго стянуты в пучок, да еще прилизаны, и недовольно поджала губы.
«Вам платят деньги именно за то, чтобы этот ребенок вел себя хорошо. Так приступите же наконец к своим обязанностям», – вспомнила Соня слова Лоры.
Ничего, пройдет немного времени, и все вернется на круги своя.
– Надеюсь, это станет ясно вечером во время ужина. Гости, гости, гости… – пробормотала Соня.
Со стороны почти всегда видно, как люди относятся друг к другу, если, конечно, задаться целью и понаблюдать.
