Обманутая

Видимо, удивление было настолько явно написано на моем лице, что он улыбнулся и пояснил: — У меня же сестра вампир, помнишь? Я всегда интересовался ее жизнью, много расспрашивал о Превращении и тому подобных вещах, — он небрежно махнул рукой, словно не было ничего удивительного в том, что обычный человек так много знает о жизни вампиров. — Мы же с ней близнецы, у нас никогда не было секретов друг от друга. — Он покосился на меня и снова спросил:

— Значит, вы Запечатлены?

— Да. Именно поэтому я и смогла узнать, где он. — Я решила не упоминать о видении Афродиты. Зачем городить ненужные подробности? Тем более что у меня все равно не было сил рассказывать детективу о том, что ее видения оказались правдой, хотя Неферет говорила что они…

— Ой! — взвизгнула я, хватаясь за голову.

— Тише, тише… Дыши медленно, глубже, — посоветовал Маркс, не сводя глаз с заваленной снегом дороги. — Не торопись, Зои.

— Нет-нет, все нормально. Это пустяки. Я сама хочу вспомнить!

Коп бросил на меня встревоженный взгляд, но не стал спорить.

— Значит, ты узнала, что Хит попал в беду, и поняла, где он. Почему же ты не позвонила мне и не сказала, что он в подвале вокзала?

Я честно попыталась вспомнить, почему я не сделала такую простую вещь, но боль в голове просто сводила меня с ума. А потом я почувствовала злость. С моей памятью что-то случилось. Кто-то ее стер, вот что! И это взбесило меня до дрожи. Я потерла виски и стиснула зубы, чтобы заглушить боль.

— Может, остановимся ненадолго?

— Нет! Подождите, мне просто нужно подумать, — прохрипела я. Я помнила конюшню, стойло, Афродиту. Я помнила, что Хит был в беде… И я скакала на Персефоне через снег к заброшенному вокзалу. Но едва я начинала припоминать, что же случилось с нами в самом здании, боль в висках становилась просто невыносимой.

— Зои! — услышала я сквозь багровую пелену встревоженный голос детектива Маркса.

— Что-то случилось с моей памятью, — повторила я, размазывая по щекам бессильные слезы.

— Ничего страшного, успокойся. Похоже, у тебя выпали некоторые фрагменты воспоминаний.

Я утвердительно закивала.

Детектив Маркс долго молчал. Можно было подумать, будто он забыл о нашем разговоре и переключил все внимание на дорогу, но я чувствовала, что это не так. Предчувствие меня не обмануло. Через несколько минут детектив очень серьезно посмотрел на меня и сказал:

— Моя сестра, — он улыбнулся и подмигнул мне, — кстати, ее зовут Анни. Так вот, однажды она предупредила меня, чтобы я ни в коем случае не переходил дорогу Верховной жрице, потому что это может кончиться очень плохо. Верховные жрицы обладают способностью стирать вещи — под «вещами» моя сестра понимала как людей, так и воспоминания. — Он снова посмотрел на меня, но на этот раз уже без улыбки.