Обманутая

— Навсегда, — торжественно повторила Шони.

— А теперь дай мне минутку, я надену джинсы и спущусь к вам.

— Заметано, — улыбнулась Близняшка.

Когда Шони ушла, моя напускная радость поблекла. Только не подумайте, будто я не верила в то, что сказала. Просто давать мудрые советы гораздо легче, чем им следовать. И еще меня мучил приснившийся кошмар. Я знала, что это всего лишь сон, но он меня угнетал.

В давящей тишине навсегда опустевшей комнаты мне слышались крики Хита. Двигаясь на автопилоте, я надела самые разношенные джинсы и черную толстовку, купленную пару недель назад в школьном магазине. На груди у нее была вышита серебром фигура Никс с воздетыми к небу руками, в которых покоился диск полной луны, и мне почему-то стало легче оттого, что Богиня со мной. Я причесалась и взглянула в зеркало.

Видок у меня был дерьмовый, чего уж там. Вздохнув, я замазала консилером черные круги под глазами, накрасила ресницы и нанесла на губы свой любимый блеск с запахом клубники. Я была почти готова к встрече с миром.

На нижней ступеньке лестницы я остановилась. Внизу все было по-прежнему, и в то же время совершенно иначе. Недолетки кучками сидели у телевизоров, болтая и хихикая, как всегда, но только гораздо тише.

Мои друзья расположились вокруг нашего любимого телика: Близняшки на одинаковых пуфах, Дэмьен и Джек (два голубка!) на тесном двухместном диванчике. Эрик в одиночестве устроился на софе, а его друг Коул, как ни странно (то есть совсем не странно), занял стул между Близняшками.

Я прикусила губу. Этот парень определенно был или отчаянно храбр, или безнадежно глуп! Все тихо переговаривались, не обращая никакого внимания на мелькавшее на экране «Возвращение мумии».

Как видите, все было почти как всегда. Почти, потому что все вели себя непривычно тихо. И еще потому, что в уголке софы не сидела с ногами Стиви Рей и не просила всех говорить потише и не мешать ей смотреть кино.

Я сглотнула подступившие к горлу слезы. Я должна пережить это. Мы все должны.

— Привет! — сказала я, стараясь вести себя как можно естественнее.

На этот раз мое появление не было встречено напряженным молчанием. Нет, все заговорили разом, перебивая друг друга.

— Привет, Зет!

— Зет!

— Иди к нам, Зет!

Пришлось сделать над собой усилие, чтобы не фыркнуть и удержаться от вздоха. Я села рядом с Эриком, и он обнял меня за плечи, отчего я сразу же почувствовала себя счастливой и виноватой.

Насчет счастья здесь, все было понятно, ведь Эрик был таким милым и классным, что я до сих пор удивляюсь, за что он меня так любит. Что касается чувства вины, то его причина заключалась в одном коротком слове — Хит.

— Теперь все в сборе. Можно начинать наш марафон, — радостно провозгласил Эрик.

— Ты хотел сказать — дуркафон, — поправила его Шони.