8
0
Она безбожно льстила, стараясь выполнить приказ навредить. И чую, здесь не шантаж или незнание. Нет, она безбоязненно, бессовестно пыталась меня изуродовать, рассчитывая, что обойдется и ей ничего за это не будет.
– Дамочка отрабатывает мешочек золотых, который оттягивает ее правый карман жакета, – лениво отозвался Чейл.
Если я ведьминской сущностью ощущала намерения, чаяния людей, то дух видел улики.
На миг захотелось сдать бесстыжую женщину стражам Совета. Пускай бы поинтересовались, откуда золото в придворном наряде? За гонорар щедрой клиентки не выдашь – если работаешь на корону, предоставлять услуги в частном порядке запрещено.
Я подавила недостойное желание нажаловаться – разберусь сама, без магов, а то еще решат, что мне нужна их защита."
"– Меня радует ваша настойчивость, – я позволила себе улыбку предвкушения, – она достойна награды.
Мысленно кликнув Вету, я вытянула вправо руку – и в ней в облаке золотых искорок проявился посох-метла. Череп, увенчивающий рукоятку, хищно клацнул зубами.
– И-и-и! – тонко запищали помощницы мастериц.
– Властью, данной мне Мирозданием, призываю Ткачих Судьбы! Да будут вознаграждены дела ваши: добрые – добром, злые – неудачей, отраженной эхом троекратным.
Из глазниц черепа вырвались лучи и коснулись женщин, всех, кроме Анхелы. Видимо, Ткачихи Судьбы решили, что она недостаточно натворила дурного, и ее можно пока не перевоспитывать.
Потрясенная тишина, а затем я утонула в истеричных выкриках:
– Вы нас прокляли!
– За что?..
– Да как вы посмели!
– Я пожалуюсь вашему ковену и Совету магов!
Угрозу прокричала мастерица красоты, потрясая коробочкой с пудрой. Косметическое средство выскользнуло из рук и ударилось об пол – бледно-розовое облако окутало женщину.
Окружающие ее девушки отпрянули в разные стороны.
– Что это? – тонко и звонко спросила Анхела. – Посмотрите на нее!
Руки и декольте мастерицы красоты покрылись некрасивыми алыми язвочками.
Девушки дружно ахнули и сделали еще несколько шагов назад.
– Это же пудра «розовый стыд»! – возмутилась Анхела. – Столько дебютанток после нее лечили кожу… И вы хотели подсунуть ее нашей хранительнице?
Все присутствующие женщины объединились в едином порыве: их обвиняющие взгляды были осуждающе остры и направлены на мастерицу красоты.
– Это не мое! Мне подбросили! – тотчас пошла она в наступление. – Кто же это сделал? Кто покусился на мое доброе имя? Я думаю, этот человек здесь! Ваша тетя решила отдать мое место своему мастеру красоты?
Она гневно уставилась на обвинительницу.
На кровати захихикал Чейл:
– Вот это реакция! Мое восхищение дамочке. Ты можешь поучиться у нее самообладанию и наглости, Эффи.
«Что-то не хочется, – мысленно отозвалась я.
