3
0
— Татьяна, ты где была? — обернулась к Раисе, сжимая в пальцах чайник.
— В город ездила… за лекарством для Гриши.
— А мне почему не сказала? Сегодня машина отправилась за продуктами могли и тебя подбросить.
— Я не знала и…
Раиса осмотрелась по сторонам и подошла ко мне вплотную:
— Будь осторожна с Янкой. Зуб она на тебя наточила, если решит, что тебя здесь не должно быть даже я помочь не смогу. Подставит, подсидит так что никто не подкопается.
Я поднялась по лестнице с подносом и остановилась в дверях кабинета Барского. Они сидели друг напротив друга за столом.
— А как ты будешь играть? Ты же не видишь.
Я вошла в кабинет и поставила поднос на стол.
— Можно разметить шахматную доску. Подписать или пронумеровать каждую клетку, — сказала я и Барский чуть прищурился.
— Я могу это сделать. Вечером.
— Сделай. А то в этом склепе можно подохнуть от скуки.
— А что такое склеп? — сппросил Гриша прокручивая в пальцах шахматную фигурку.
— Это могила. — ответила я.
— Неее. Это такое темное место, где воняет сыростью, бегают пауки и памятники покрываются пылью.
Барский потянулся за гренкой и когда с наслаждением надкусил я невольно улыбнулась.
— Мам, ты такая класивая когда улыбаешься.
Барский чуть склонил голову к плечу и откусил еще кусок хлеба.
— Правильно маме надо делать комплименты. А какая твоя мама, Гриша? Какого цвета у нее волосы?
Снова все дернулось в груди. Испугалась. Даже дышать перестала.
— Мы пойдем. Я отведу его во флигель, чтоб не мешал вам. Потом вернусь убрать в вашей комнате.
— Я кажется не говорил, что твой сын мне мешает.
— Ему надо принять лекарства он приболел и потом укладывать спать. Он спит днем.
— Я не хочу лекалства и не хочу спать. Я иглать хочу!
Я схватила сына за руку и стянула со стула. Радость как-то мгновенно испарилась. Не знаю почему. Она вдруг мутировала и стала отдавать горечью на языке. Это все не настоящее и никогда настоящим не станет. Этот человек убить нас обоих хотел… А я просто сумасшедшая идиотка, если решила, что все может быть иначе.
— Ну ладно. Делай, что мать говорит.
Облегчение я испытала только когда мы оказались во флигеле, и я напоила Гришу чаем на травах и уложила в кровать. Он выглядел взбудораженным и очень перевозбужденным. И… как ни странно ему понравился Захар. Он постоянно о нем говорил. Не переставая. Спрашивал или размышлял вслух. А перед тем, как уснуть вдруг заявил…
— Он похож на волка. Умного и очень сильного. Я хочу вырасти и стать таким как он.
Усмехнулась и погладила по непослушным темным волосам. Знал бы ты, малыш, насколько ты уже на него похож.
