Нежный шантаж

И довольно быстро Данте понял, что проще делать вид, что брата вообще не существует, чем признавать, что они больше не общаются. И что от этого ему невыносимо больно.

– Наверняка же ты почитала обо мне в Интернете.

Она неуверенно на него взглянула.

– Ну да.

– И тебе мало?

– Да. Там довольно много неясного.

– Я плачу немалые деньги, чтобы так все и оставалось.

– Но почему?

– Чтобы избежать тех вопросов, которые ты хочешь задать.

– Уже совсем близко. За высоким деревом снова направо. – Слегка подавшись вперед, она указала, куда ехать. – Там говорится, что у тебя много родственников и есть брат-близнец, и мне стало интересно, каково это – иметь близнеца.

– И что? – спросил он, когда она не стала договаривать.

Ива пожала плечами.

– О твоих родителях тоже почти ничего не сказано.

Сжав пальцы на руле, Данте осторожно припарковался около величественного, но слегка обветшавшего дома. Ива Гамильтон не только начала строить предположения о его близнеце, но и затронула ту часть жизни, которую он изо всех сил старался стереть.

Данте почувствовал, как вновь начинает злиться. Если бы не тиара, он уже высадил спутницу и, развернув машину, мчался бы в аэропорт. Личные вопросы, а тем более семью, он никогда не обсуждал. И обычно на каждом свидании он сразу ясно это обозначал.

Только вот это же не обычное свидание, верно? Это средство, что ведет его к цели. Глядя на обнаженные коленки, он почувствовал, как в нем вновь всколыхнулось желание.

– Не думаю, что мои родственники имеют сейчас какое-либо значение.

И прежде чем Ива успела осознать, что происходит, он отстегнул ремни безопасности и притянул ее к себе так, словно проделывал это уже сотню раз. А в холодном взгляде было нечто такое, что… Может, она просто осознала, что он слишком сложен и многогранен и без толку даже пытаться его понять? Она машинально попыталась высвободиться, но Данте лишь усмехнулся и приник губами к ее губам.

Только на этот раз все было совсем не так, как в аэропорту. На этот раз Данте Дишон включил все свое мужское очарование и решил ясно показать, кто здесь хозяин. Вот только что-то ей подсказывало, что на этот раз поцелуй вообще ничего для него не значит.

Но это совершенно не помешало ее телу отреагировать.

Умелые губы с легкостью уговорили ее собственные приоткрыться, и она почувствовала, как напрягаются и твердеют соски.