11
0
– А я боюсь за тебя!
Она импульсивно сунула руку в сумочку, достала оттуда маленький никелированный револьвер. Хотела отдать его Алику, но вдруг передумала. Так же быстро вернула ствол в сумочку.
– Откуда у тебя эта штука?
– Да так, на всякий случай, – нервно сказала она.
– А разрешение есть?
– Ну, пока нет...
– Ты бы поосторожней с этим.
Он и не собирался выпрашивать у нее оружие, как тогда – двенадцать лет назад. Он не хотел защищаться и тем более убивать.
– Да я знаю.
– Если вдруг заметут, вместе сядем...
– Нет, не так, – грустно улыбнулась она. – Если ты вдруг сядешь, то заметут и меня...
– Нас в одну камеру не посадят.
– Жаль... Мне же все равно где, лишь бы с тобой.
– Мне тоже жаль... Что не люблю тебя, жаль... Но я хочу полюбить. Честное слово...
– Может, получится? – с надеждой спросила она.
– Все может быть... Уедем отсюда, далеко-далеко. И не надо в Австралию. Где-нибудь здесь, в глубинке, дом купим, на каком-нибудь хуторе. В тишине будем жить, гусей разводить...
– Я тоже хочу в тишину.
Катька уложила голову ему на грудь, он погладил ее волосы. Хоть и нелюбимая, но родная...
– Люблю тебя, – закрыв глаза, счастливо прошептала она.
И вдруг в их тихое семейное настоящее ворвался ураган из прошлого. В палату в сопровождении двух громил вломился не кто иной, как сам Касатон. Темный, как грозовая туча, в глазах разрушительная энергия исходящего из тучи смерча.
– Ну, и как ты мне все это объяснишь? – не здороваясь, спросил он у Алика.
На Катьку он даже не глянул.
– Что именно? – с непривычным для такой ситуации спокойствием спросил Алик.
– Почему Саши больше нет?
– Потому что ее убил Игорек.
– Почему ты позволил ему это сделать?
– Прозевал момент.
– Ты ее не уберег, Алик. Ты должен за это ответить.
– Перед кем? Я ее муж, а не ты...
Алик уже давно перестал бояться смерти. Вор также не пугал. Поэтому он с легкостью обратился к нему на «ты».
– Ты мне зубы не заговаривай. За Сашу придется ответить. Хотя есть вариант...
Касатон потянул паузу в расчете, что Алик поторопит его. Но тот молчал.
– Я знаю, что ты с ментами дружбу водишь, – не дождавшись вопроса, сказал вор.
– Не с ментами, а с Эриком.
– Хороший мент – мертвый мент. Я хочу, чтобы твой Эрик стал хорошим ментом. Ты меня понимаешь?
Касатон давил на него таким взглядом, который приводил в трепет сильных мира сего. Но Алик не отвел глаз, смог выдержать психологический натиск.
– Нет. Я ничего не буду делать, – твердо сказал он.
– Это твой последний шанс.
– Забери его себе. Мне от тебя ничего не нужно.
Алик понимал, что рискует жизнью, но сдаваться не собирался. Может, и не прочь он был уехать куда-нибудь с Катькой в глушь, в тишину, но уж лучше умереть, чем убить друга. И без того грехов полная душа... Да и не будет у него счастья с Катькой.
