Нет жалости во мне

– Да я к тебе вообще не прикасался! Как я мог тебя включить?

– Ну, ты в натуре!

Парень многозначительно обозрел пространство вокруг себя. Место не самое глухое в городе, но людей окрест маловато. Да и кому из случайных прохожих придет в голову одернуть звероликих амбалов?

Но как это ни странно, нашелся человек, осмелившийся вступиться за Алика.

– Слышь, ты, вали отсюда! – отчаянно-истерично взвизгнула Катька.

Но тут же за это поплатилась. Игорь ударил ее ладонью наотмашь, не очень сильно, поскольку на ногах она удержалась, но из носа брызнула кровь, а из глаз – слезы. Как таковая она не нужна была Алику, но возмутился он так, будто качок надругался над его любимой девушкой. Злость разогнала страх, левая нога будто сама по себе шагнула вперед, а правый кулак врезался Игорю в челюсть.

Увы, удар не удался: он лишь еще больше разозлил качка. А ответ последовал незамедлительно. Алик смог уклониться от размашисто летящего кулака в голову, но удар ногой в промежность согнул его пополам. И тут же тупой носок тяжелого бота с силой врезался в приоткрытый рот. Искры из глаз, хруст зубов, ржавый вкус крови. В голове загудело, уши как будто заложило ватой...

Алик сумел удержаться на ногах, но это было и все, на что был он способен сейчас. О том, чтобы ответить ударом на удар, можно было только мечтать... Кто-то двинул его сзади по ногам, и он упал на спину. Тут же перед глазами мелькнуло черное, стремительно растущее в размерах пятно. Он еще не успел сообразить, что это каблук ботинка, но уже подставил под удар руки. Быстрая реакция спасла его нос, но это был всего лишь маленький эпизод в длинной череде ударов, который обрушила на него бандитская троица."

"Он лежал на земле, в тщетной попытке защитить лицо и живот, а бандиты пинали его со всех сторон – неторопливо, но энергично и со знанием дела... Алик понимал, что его убьют, если никто не остановит братву. Сквозь боль, в тряске обрушивающихся ударов он слышал, как визжит Катька, пы-таясь ему помочь. Но толку от ее стараний было мало – разве что кто-нибудь оторвется от него, чтобы отвесить ей оплеуху.

Алик уже мысленно распрощался с жизнью, когда экзекуторы вдруг расступились.

– Что здесь происходит?

Сначала он услышал грозный окрик, а затем увидел парня в милицейской форме.

– Да вот, начальник, смотрим, пацан лежит, – развязным тоном, со снисходительной насмешкой отозвался кто-то из бандитов. – Может, машина, думаем, сбила, вот, подошли... Что-то не то с ним, может, в больницу отвезти, а?

– Врут они, товарищ сержант! – влезла в разговор Катька. – Они его били. Свалили на землю и били ногами...

– Спокойно, гражданочка, – официально-стро-гим, но реально-беспомощным тоном попытался урезонить ее мент. – Сейчас пройдем в отделение, разберемся.