1
0Решив действовать, черноволосый усадил меня на бочку возле бакалейной лавки, словно на судейский стул перед предстоящим поединком.
И так неудобно, что сбежать бы не вышло: драконы с обеих сторон, а напротив — только мясная лавочка, из которой не скрыться. Можно, конечно, попытаться, но толку? Догонят же…
Скучно… Хочу домой. Дома горячий чай и недочитанная книга, которую я заняла у замечательной леди Панагор, заведующей книжкой лавочкой.
Очаровательная женщина всегда угощала меня домашними плюшками и свежими сплетнями, страдая синдромом языка без костей.
Тоже, наверное, подумает, что книгу я сперла, хоть и обещала вернуть на этой неделе. А судя по мыслям о владелице моей арендованной комнатки — та продаст ее на ближайшем рынке, возмещая свои убытки из-за потери жильца, и возвращать будет нечего.
М-да, картинка вырисовывалась мрачная. И все из-за этих двоих!..
— Вы драться будете или нет? Я не собираюсь сидеть здесь весь день.
Но соперники только прожигали друг друга взглядами, пытаясь поразить оппонента мощью духа, без лишних кровопролитий.
Зря, конечно. Никто на попятную не пойдет, или делили бы меня до самого конца дней тепла.
— Она моя! Я первым ее нашел! — прорычал обсидиановый, бросая самый, по его мнению, веский аргумент.
— Я учуял ее еще три дня назад, — отбил лунный и дополнил коронной фразочкой. — Она принадлежит мне.
Тоска! Хоть бы что-нибудь новенькое придумали! Один и тот же сценарий из года в год!
Хоть мне никогда не приходилось сталкиваться с драконами в нормальное время, я отказывалась верить, что они всегда такие и была убеждена, что в период охоты у них определенно мозги набекрень.
Нельзя же быть настолько зацикленными постоянно! Даже слова и фразы порой одинаковые, что смыслом, что тоном.
От скуки представив драконов в ученической форме, я вспомнила, как при академии устраивают дебаты, и драконы, с мощью своих зверей, громогласно орут: «Она принадлежит мне!», совершенно не подготовившись."
"Прыснув со смеха от представленных лиц утомленной толпы, я подобрала под себя ноги, натягивая платье на голые коленки.
— Что смешного? — недоумевая, спросил лунный, кажется, впервые заметив, что я тоже умею разговаривать и вообще имею собственное мнение.
— Да, над чем ты смеешься?
— Над тем, какие вы предсказуемые, — не стала я юлить. — «Она моя!», «Принадлежит мне!», «Мой огонь!», — передразнила их и лениво отмахнулась, выражая крайнюю степень своей незаинтересованности. — Хотя бы что-нибудь новенькое придумали. Было бы хоть немного повеселее с вами.
