1
0
— Ну ты и ящерица, — гневно прошептала в ответ и крепко обхватила мужчину за шею, прижимаясь грудью и укладывая подбородок на плечо.
— Вот так, — облегченно произнес он, и я ощутила, как от выдоха опустилась грудная клетка дракона, а его тело перестало быть деревянным.
Тяжелые руки уже не давили, напротив, мягко прижимали меня ближе, но не вдавливали в чужое тело. Дыхание выровнялось, а мужские пальцы осторожно погладили виднеющиеся в вырезе платья лопатки, оставляя теплые полосы на коже, как рисунки.
Чтобы не было так неловко, я закрыла глаза, стараясь расслабиться и не думать о том, как это лично, вот так, обнимать его без страха и упрека.
Сперва получалось плохо, но через пару минут тишины и статичности я невольно прильнула поудобнее, прижавшись щекой к мужскому виску.
Все это время Тайрос беспрестанно мурчал, укутывая этим звуком в безопасный кокон своего внимания.
Не так уж и страшно… Разве что…
Немного беспокойно от собственных мыслей, где что-то внутреннее, спрятанное страстно наслаждалось сложившимся положением, наталкивая на вывод, что мне самой это нравится.
А еще ужасно захотелось написать об этом, и когда время вышло, я как-то нехотя разомкнула руки, отодвигаясь и скатываясь с мужских колен.
— Спасибо, Ханнари. Вечером повторим, — пообещал он, и серый взгляд остановился на губах, но, будто бы испугавшись, поднялся к глазам.
— Моя очередь, огонечек. Тайрос не справится один с таким ценным грузом, как твоя история, — напомнил о себе лунный, и я обернулась, замечая, что мужчина уже приглашающе протянул руки, зазывая к себе в объятия. — Иди ко мне.
Перед глазами промелькнуло его сонное лицо и короткий поцелуй, невзначай оставленный на губах.
Глава 8
— Может, все-таки стоя? — стараясь, чтобы звучало не так жалобно, предложила я.
— Или лежа, — подмигнул дракон, подсказывая, что не сдастся или, по крайней мере, в откровенности Тайросу не уступит. — Не заставляй меня завидовать Рейвену.
Не став подниматься, я, опираясь на ладони, обогнула стол, приближаясь к мужчине. Стоило оказаться в зоне досягаемости, как тут же была подхвачена на руки и усажена на колени.
От лунного пахло свежестью, словно от горного ручья.
— Ой!
Он даже не поморщился, упав на спину. Вытянув длинные ноги, распластал мое тело вдоль своего, укрывая руками так, что нос уперся в гранитную грудь.
— Хор-р-рошо, — прорычал он, всей пятерней зарываясь в волосы на моем затылке, слегка выпуская когти и сминая кожу в приятном, но необычном жесте.
